28 мая. Отсыпаюсь, встал в восемь часов. Ночью снег перестал, и ударил мороз в минус тридцать. День уже разыгрался, а мороз не отпускает. За последние десять дней, десять спасательных работ. Статистика не утешительная. Поднимаются на вершину не более 60-70%. Остальные либо сами уходят вниз не дойдя до вершины, либо на вертолете, и уже совсем единицы остаются там на всегда. В 1984 году японский путешественник Наоми Уемура совершал в феврале одиночное восхождение на Мак-Кинли. К великому сожалению это стало его последним путешествием, из которого он не вернулся. До сих пор не известно, поднялся он на вершину или нет, как и не известно в каком месте он погиб. Это горы…
Сегодня передвигались с Игорем по глубокому снегу, из-за этого было труднее чем вчера. Голова уже не болит, моя «вестибулярка» перестроилась. Погода испортилась в половине двенадцатого дня. Анатолий и Борис ушли на высоту 4600 рыть для нас пещеру, чтобы в случае тяжелого подъема мы смогли там переночевать. Сел туман, правильно сказать, накрыло облако. Потеплело. Вот только выпавший снег портит спокойное проживание. Валенки, бахилы, перчатки мокнут, из палатки в палатку мы с Игорем перебираемся ползком, одним словом – дискомфорт. наши «барсы» повеселели: начинается конкретная работа, где от них многое зависит. Они лучше других могут выбрать правильный маршрут, понимая всю специфику нашего движения. Но они говорят, что все зависит от нас с Игорем, потому, что экспедиция считается выполненной, если я и Игорь поднимемся на вершину. Ведь это то, ради чего мы здесь находимся.
Ночую в «зиме». На пять дней я опять дежурный, но теперь вместе с Игорем. На общем сходе Степан попросил освободить альпинистов от дежурства для большего отдыха. Матвей спросил нас, согласны ли мы. А мы что, мы, конечно же, не против. А парни тем временем будут провешивать перила и делать заброски в промежуточные лагеря на высоте 5200 и 5900. Высота более 5000 метров не позволяет организму восстанавливать силы, даже если ты ничего не делаешь. Нам как можно меньше нужно пробыть в этих промежуточных лагерях. Поэтому сейчас все провешивается до вершины. А когда начнется подъем, мы будем работать каждый день без выходных.
Снег перестал около десяти часов вечера, но хорошей погоды не обещают аж до следующей недели.
Один. Можно спокойно помолиться и спать.
29 мая. Подъем пять часов. Поднялись, как было намечено, накипятили воды, залили термоса горячим чаем. Парни позавтракали и пошли на работу, а мы легли спать. Проснулся в одиннадцать часов. Идет снег, мелкая крупа. Делать ничего не хочется. Не хочется даже тренироваться, хочется просто поваляться, поспать. Но, кроме моих желаний, есть руководитель, у которого другое мнение на счет меня и, конечно же, Игоря. Пришлось отправиться на тренировку. Видел одного альпиниста, который возвращался с горы. Дошел он до вершины или нет, я не знаю. Но шел он как человек в стельку пьяный: качался из стороны в сторону, оступался с тропы, откидывался назад, затем в перед, ловил равновесие. Разворачивался, смотрел на гору и неуверенными шагами шел к своей палатке. Это зрелище меня поразило. Как же я буду ощущать себя на высоте 5200 метров и выше? Рассказал об увиденном Матвею. Он сказал, что тоже его видел. А такое состояние вызвано «горняшкой», нехваткой кислорода. Степан подбодрил меня, сказав, что на высоте 5200 метров, у него все было хорошо.
