Голоса людей, споривших в кабинете Рида Донована, были хорошо слышны в приемной вовсе не потому, что стены здания, где находился городской совет Чарлстона, были тонкими. Дом был сооружен в 1801 году, а тогда строили на славу. Просто в тот день Рид Донован и его гость громко и сердито обсуждали что-то.
— К черту все это, Донован, я хочу, чтобы вы немедленно взялись за проект! Я вкладываю миллионы и не обязан считаться с сентиментальными чувствами, которые почтенные отцы питают к порту. Так будете вы этим заниматься или нет? — нетерпеливо говорил один густым баритоном.
Лорен Митчел, которая ожидала в приемной, потирая от волнения руки, не расслышала, что ответил начальник отдела планирования. Однако она не сомневалась, что Рид Донован постарался, как мог, вразумить разгневанного посетителя. До этого она видела Донована всего один раз на собрании, где он утихомирил целую группу недовольных жителей района, и теперь подумала, что он из тех, кто не растеряется, глядя на бушующий вулкан.
И все же на этот раз посетитель оставался явно глух к увещеваниям Донована.
В кабинете что-то упало, до Лорен донесся возмущенный возглас, затем дверь распахнулась настежь, и она увидела, что спина рослого, широкоплечего человека загораживает весь проем. Муйсчина был высокого — футов шесть, не меньше, — роста, широкоплечий и узкобедрый. Его угрожающая, напряженная поза говорила о том, что отступать он не намерен, и Лорен, сама того не желая, вздрогнула.
— По-моему, мы друг друга поняли, Донован! — гаркнул посетитель, не обращая внимания на посторонних, — Я предупредил в последний раз. Даю еще десять дней, не больше, или проект уплывет от вас. Такого рода осложнения мне ни к чему.
С силой хлопнув дверью, он прошагал по приемной, даже не посмотрев на притихших Лорен и миссис Кейтс, давнишнюю помощницу Донована, и вышел. Миссис Кейтс огорченно покачала головой и, обращаясь к Лорен, доверительно сказала:
— Этот человек совершенно невыносим.
Каждый раз, когда он сюда является, я начинаю бояться, что у нас рухнут стены. Если кого-то интересует мое мнение, то, я скажу, ему было бы лучше построить свое административное здание в другом городе, а не здесь, в Чарлстоне. Это будет просто уродливо. Не представляю, кто может быть в этом заинтересован, кроме кучки…
Звонок не дал ей закончить мысль.
— Конечно, мистер Донован, она сейчас войдет, — заговорщицки подмигнув Лорен, на лице которой отразилось беспокойство, миссис Кейтс напутствовала ее словами:
— Не волнуйтесь, милая, все будет отлично.
Лорен глубоко вздохнула, будто хотела сама себя приободрить, сказала спасибо и, стараясь держаться уверенно, отправилась на первое после пятилетнего перерыва собеседование.
Украдкой оглядев кабинет, она, к своему удовлетворению, не заметила здесь следов только что состоявшейся словесной баталии. Рид Донован в рубашке с закатанными до локтя рукавами и сбившимся на сторону галстуком приветливо поднялся из-за письменного стола ей навстречу. На вид этому человеку было лет сорок с небольшим; судя по его обветренному, загорелому лицу, немало дней своей жизни он провел, наблюдая за выполнением собственных проектов. Благодаря этому опыту, миролюбивому характеру и искренней любви к Чарлстону он был просто незаменим на посту главного архитектора города.
— Как поживаете, миссис Митчел? — спросил он, подойдя к ней и протянув руку. — Рад снова видеть вас, и, слава Богу, по более приятному поводу. Я думал, ваши соседи разорвут меня в клочки на том собрании… когда это было? Кажется, год назад?
— Да, около того. Но вы дали им достойный отпор, — ответила Лорен, стараясь держаться непринужденно.
— Мне не привыкать. Такой уж это район. По-моему, ваш муж в тот вечер тоже проявил себя как незаурядный профессионал. Он выступил отлично. А как он, кстати?
— Муж умер. Уже прошло несколько месяцев, мистер Донован, — Лорен произнесла это спокойно, во всяком случае, голос ее не дрожал, как это было сразу после несчастного случая с Дагом и в те кошмарные недели, когда жизнь его висела на волоске.
Донован на мгновение растерялся. Даг Митчел был так молод! И этой женщине, которая сидит сейчас перед ним до смерти перепуганная, не больше двадцати пяти.
Муж мог быть старше года на два, не более.
«Какая страшная трагедия», — подумал Донован, а вслух сказал:
— Примите мои соболезнования. Я ни чего не знал. Вероятно, вы поэтому решили вернуться на работу?
Лорен кивнула, вспомнив о растущих счетах, необходимости платить за дом и покупать одежду для Холли. Ее пятилетняя дочка выросла из всего, от маек до кроссовок.
— Почему вы хотели бы работать именно у нас?
Впервые, после того как Лорен переступила порог кабинета Донована, она почувствовала себя свободно. Ее зеленые глаза заблестели, когда она принялась с жаром рассказывать о своей давнишней мечте стать архитектором, мечте, от которой ей пришлось отказаться, после того как она вышла замуж на втором курсе.
