— Владельца машины зовут Гуннар Валин. Я его знаю. Он частный детектив. Порядочная свинья, если честно. На него не раз заявляли люди, которых он преследовал. Впрочем, этот тип не совершает насильственных действий, просто очень раздражает. Я не могу задержать его за то, что он торчал перед твоим домом, но сейчас мы, по крайней мере, знаем, что кто-то нанял частного детектива. Думаешь, за этим стоит секта?
— Ни секунды не сомневаюсь. Но что он может мне сделать?
— Скорее всего, ничего. Просто пытается запугать тебя. Впрочем, я только что поговорила с хозяином дома, и он пообещал установить камеры наблюдения.
София невольно задумалась, почему полиция вдруг стала так активно ей помогать — не связано ли это со статьей в «Дагенс нюхетер»? Впрочем, это не имеет значения — она будет благодарна за любую помощь. Какие-то нотки в голосе Андреа наводили на мысль, что ей не наплевать.
София решила игнорировать Валина, но это не получалось — он все время появлялся то тут, то там. Машина медленно проезжала мимо нее по улице или стояла на парковке, когда София выходила из библиотеки. Валин преследовал ее, словно черная тень, отравляя ее существование. Раньше ей никогда не случалось сталкиваться с такой открытой слежкой. Теперь-то она понимала, почему это так неприятно. Ощущение, что за ней все время следят чьи-то глаза, предчувствие, что это приведет к чему-то гораздо более худшему. Оттого что ничего не происходило, напряжение только нарастало. Иногда София выпускала пар, строя ему рожи, показывая средний палец или фотографируя его на телефон. Но лицо детектива оставалось неподвижным, что бы она ни делала.
На выходные, когда приехал Беньямин, Валин исчез. Наверное, тоже отправился отдыхать. Ее это раздражало еще больше, потому что она могла показать Беньямину лишь мутные фотографии в телефоне.
Гуннар Валин снова появился в понедельник. Так продолжалось несколько недель. Вечный спутник, доводивший ее до безумия… Оставшись одна в квартире, София ощущала в себе настоящую паранойю. Опускала жалюзи, запирала наружную дверь и накидывала цепочку, которую поставил Беньямин, но это не помогало. Во сне она оставляла часть сознания включенным. Иногда ей снилось, что кто-то сидит на ее постели и смотрит на нее — тогда она просыпалась, как от толчка.
Блог превратился в масштабный проект, занимавший у нее два-три часа каждый вечер. София использовала его как дневник, где описывала преследования; писала также и свои воспоминания об острове. У нее было много подписчиков, некоторых она воспринимала почти как друзей. Но были и «тролли», наверняка сидевшие в будке охранника на Туманном острове и писавшие негативные комментарии. Впрочем, их легко было узнать по чудовищной безграмотности. Похоже, никто не обращал на них внимания.
В начале мая София поехала на выходные в Гётеборг и пошла с Беньямином в парк развлечений «Лисеберг». Они покатались почти на всех аттракционах. Софию укачало, она хихикала и чувствовала себя почти свободной. Но ее радость была омрачена появлением стройной загорелой блондинки, которую Беньямин представил как «Сиенну, коллегу по работе». Блондинка выглядела лет на восемнадцать, красовалась в джинсовых шортах, начинавшихся на пару сантиметров ниже пупка, босоножках с каблуками-шпильками и голубой кожаной куртке. Коротко подстриженные волосы, большие голубые глаза… Просто красотка! София тут же почувствовала раздражение. Уже одно это имя — Сиенна[4]… Все равно что называться Лазурь или Умбра. Каким-то образом это подтверждало, какой наивной и глупой является обладательница этого имени. Сиенна бросала на Беньямина восторженные взгляды и косилась на Софию. Хотя Беньямин уверял ее, что Сиенна просто коллега, Софии показалось, что его взгляд чуть дольше, чем стоило, задержался на ее оголенном животе. Беньямин слишком легкомыслен и безответственен, чтобы устоять перед таким соблазном, как Сиенна. София не дура. Это всего лишь вопрос времени.
С тяжелым чувством София попрощалась с Беньямином. Она нежно и искренне любила его, но Беньямин слишком прям и простоват. Иногда София задумывалась, не наскучит ли ей с ним, не выяснится ли в один прекрасный день, что у них нет ничего общего.
Он проводил ее до вокзала, и они долго целовались на перроне. Ладонь Беньямина скользнула ей под блузку. София крепко прижалась к нему, так что он чуть слышно застонал. Внезапно ей расхотелось ехать домой. Она даже подумала о том, не вернуться ли в комнатку Беньямина в квартире его сестры. Однако София по-прежнему немного дулась на него из-за Сиенны. К тому же в понедельник на работу.
В поезде всю дорогу домой она сидела и размышляла. Дильберт, сопровождавший ее в поездке, почувствовал настроение хозяйки. Он вертелся, пытался запрыгнуть ей на колени, хотя София несколько раз ссаживала его обратно на пол.
