Направившись в сторону арочного прохода в земли бильярда, он осознавал, что избегал заходить сюда уже… ну, по меньшей мере, последние сорок восемь часов. Он тоже чувствовал, что Девина все еще на планете, а значит и Книгу нельзя списывать со счетов. Но он собирался дать вселенной шанс подтвердить его опасения относительно статуса этой парочки. Вдруг, он ошибается.
Хрен бы не так.
Когда волна гнева накрыла его с головой, Вишес зашел в единственное место, в котором находиться не имел никакого желания… а учитывая, что в восьми целых четырех десятых мили отсюда находился работавший допоздна «Хобби Лобби»[18], это о многом говорило.
Помедлив на пороге обшитой деревом комнаты, Ви засунул палец в задний карман штанов, выудил самокрутку и прикурил. На выдохе он прошел мимо любимого стола и лишь тогда заметил, что телевизор выключен.
Где-то перегорела проводка? Кабельное и интернет отключили?
И… секунду, в смысле? Почему диван пустует, там не лежит голая задница в ковбойских гамашах, за просмотром марафона «Золотых девочек»?
Просто чтобы убедиться, что он ничего не упускает, Ви с близкого расстояния проинспектировал диван. Не было никаких вмятин, а подушки были взбиты и аккуратно расставлены по углам возле подлокотников. Поэтому нет, даже если ангел стал невидимым, чтобы избежать любого взаимодействия и каким-то образом смог вынести компанию самого себя без «Нетфликса», «Хулу» или «Сети мультфильмов»[19] на заднем плане, два центнера веса выдали бы его.
К тому же, да ладно, экран ТВ не мог быть черным. Лэсситер подпитывался двумя вещами: солнечным светом и фильмами с Беа Артур.
— Где ты, ангел, — пробормотал Ви.
Пытаясь вспомнить, когда/где он видел в последний раз парня… точнее диско-шар, коим он являлся? Вишеса не выводили из себя уже… ну, хорошие такие выходные.
Только подумать, он не признал в отсутствии беспокойства целый отпуск. Жаль.
— Господин? Я могу вам помочь?
Ви отвел взгляд от нетронутого пульта. Фритц, их супер-дворецкий, появился в арочном проеме, словно у древнего доджена была настроена антенна на жителей этого особняка. Во фраке и со старым морщинистым лицом глава домохозяйства был тем, чей вид непременно навевал теплые чувства, будь Ви сентиментальным… но это не так.
Ну ладно. Может, он испытывал определенную привязанность к старику. Да ни один социопат не способен устоять перед Фритцем.
Не то, чтобы Ви был социопатом. Нисколько.
Ладно, как правило, он не был социопатом. Когда падшего ангела не было поблизости…
— Господин?
— Хэй, дружище. — Ви прокашлялся, собираясь с мыслями. — Ты нигде не видел Лэсситера?
— Нет, господин. — Доджен низко поклонился. — Ни в доме, ни на территории. Я могу призвать его?
И как, свесив пульт с балкона второго этажа и напевая «Спасибо тебе за дружбу»?
— Нет, я сам его найду. Спасибо.
— Я могу что-нибудь предложить вам?
Вопрос подвохом.
— Я в норме. Но спасибо.
Дворецкий снова поклонился, так низко, что едва не подмел пол.
— Дайте знать, если я могу быть вам полезен.
Когда доджен ушел, Ви подумал о том, чтобы налить себе «Гуся», но отказался от этой идеи. У него сегодня выходной, но кто знает, ночь только началась, и значит, хороших новостей ждать не приходится. Поэтому вместо того, чтобы успокоить тревожную голову алкоголем, он раскурил самокрутку. Потом забросил бычок в камин, закрыл глаза, трижды выругался и…
И как Дороти в ее рубиновых тапочках[20] несся ввысь, путешествуя потоком молекул на Другую Сторону, к Святилищу Девы-Летописецы, в место, где его мамэн чествовала свой культ долгие тысячелетия.
Принимая форму на вечнозеленом газоне, Ви хотелось избежать мыслей о той, что произвела его на свет, поэтому, зашагав вперед, он пытался смотреть на горы белого мрамора и греко-римскую архитектуру как третья незаинтересованная сторона: начиная с купальни до сокровищницы и библиотеки — в последний раз в одном месте столько колонн собрал сам Сети I[21] в Большом гипостильном зале[22] в Карнаке[23].
Да, в последнее время Вишес смотрел документальные фильмы о Древнем Египте.
Так или иначе, все здания, мимо которых он проходил, пустовали, и он с огромным удовольствием отмечал этот факт: с тех пор как Фьюри стал Праймэйлом и освободил Избранных от их службы, Святилище стало городом-призраком… на благо этим женщинам. Сейчас они жили на свободе, не привязанные к черной мантии его мамэн.
Они ушли задолго до смерти Девы-Летописецы. Поэтому, может этот город-призрак и стал отчасти причиной, почему она решила уволиться и передать бразды правления расой Дэвиду Ли Роту[24] среди падших ангелов.
Спасибо, Мам.
И на этой ноте — здесь было всего одно жилое помещение… точнее, ему же лучше оказаться жилым. В покоях Девы-Летописецы был новый хозяин, там сейчас должен находиться Лэсситер.
