Дейл сделал несколько шагов от раковины, чтобы проверить ноги. Они по-прежнему были онемевшими, но уже не подкашивались. Он вытянул перед собой руки и пошевелил пальцами, пока покалывание не ушло. Затем вытащил молоток и медленно приоткрыл дверь постирочной.
Старый толстый детектив с хвостиком и в мятом костюме, сидел на диване. Подложив под голову подушку, обратив лицо к потолку и раскрыв рот, он храпел, как медведь гризли. Руки у него сжимали края шерстяного одеяла, укрывавшего колени. Его "Глок" по-прежнему находился в плечевой кобуре, подмышкой. Дейл прикинул свои шансы выскользнуть из постирочной, пересечь большую комнату и проникнуть в гостиную, не разбудив при этом детектива, а затем убить его, прежде чем тот сумеет вытащить пистолет. Шансы были ничтожными. Но Дейл определенно хотел попробовать. И не испытывал ни малейшего сомнения. Он сделает все ради еще одной ночи с Сарой.
Пол первого этажа в доме у Линкольнов был сделан из пятнистого бетона с блестящим полиуретановым покрытием. Он был скользким, но, по крайней мере, не скрипел, как деревянный, и не стучал, как плиточный, если по нему идти в обуви. Но и полностью бесшумным он тоже не был. Дейл снял обувь и двинулся дальше на цыпочках, в одних носках. Сердце в груди бешено колотилось, ручка гвоздодера в левой руке стала скользкой от пота, как и рукоятка дайверского ножа с изогнутым, зазубренным лезвием в правой. Во рту пересохло, глаза слезились. Он пристально посмотрел на лицо детектива, приготовившись броситься к входной двери, если тот проснется, но понял, что ему это не удастся.
Стоя посреди комнаты, всего в трех или четырех ярдах от детектива, Дейл решил, что если тот проснется, он кинется на него с ножом. Он был твердо уверен, что сможет выпотрошить его, как рыбу, прежде чем тот сумеет вытащить пистолет из кобуры. Но Дейл никогда раньше не связывался с взрослыми мужчинами, разве что нападал из засады, когда они спали. Мужчины пугали Дейла, а такой здоровенный парень, как этот детектив, наверняка, окажет серьезное сопротивление. Он может даже отобрать у Дейла нож и использовать против него же.
Дейл с трудом сглотнул, ноги у него задрожали. Пот пропитал футболку, стекал по лбу в глаза. Дейл вытер лицо тыльной стороной руки и подкрался еще ближе. Теперь он был в трех шагах от детектива. Он смерил здоровяка взглядом, пытаясь решить, куда вонзить нож в первую очередь, если придется защищаться. Или как убить его так, чтобы тот не поднял шум и не разбудил остальных. Меньше всего Дейл хотел затевать драку.
Он сделал еще два шага, и тут глаза детектива открылись. Дейл едва не закричал. Он вонзил нож в шею детектива с такой силой, что лезвие почти вошло в плоть почти по рукоятку. Кровь брызнула и раны, глаза у детектива вылезли из орбит. Обе его руки взметнулись к ножу в горле, изо рта вырвались клекот и шипение. Он начал подниматься с дивана, хватаясь одной рукой за оружие и держась за горло другой. Дейл обрушил на него молоток, и детектив упал на диван. Дейл ударил его еще раз, и один глаз у детектива выскользнул из глазницы и сполз на щеку, словно устрица, высосанная из раковины. Следующий удар вмял внутрь левую часть головы, а еще один отколол кусок черепа, и тот отлетел в сторону, обнажив фрагмент мозга.
Оставшийся глаз закатился вверх, тело начало конвульсировать. Дейл подложил детективу под ноги подушку, так чтобы тот в агонии не наделал много шума и не разбудил Сару, или ее мужа. Здоровяк продолжал издавать влажное астматическое сипение. Дейл схватил нож, торчащий у детектива из горла, и принялся перерезать ему трахею. Он рассек ему пополам пищевод, едва не обезглавив его. Тело, наконец, прекратило "пляску святого Вита" и затихло. Дейл уперся ногой детективу в грудь и выдернул нож из горла. Вытер лезвие об его седые волосы и повернулся к лестнице.
Теперь предстояло самое сложное. Две ступени на лестнице скрипели, и Дейл не помнил, какие именно. Он пытался ступать по краю каждой ступени, а не посередине, чтобы избежать скрипа, который вспугнул бы Сару с мужем. Если ему придется спасаться бегством, он не сможет вернуть детектива к жизни. Это будет убийством, а Дейл знал, что убийцы отправляются в ад. Еще больше он боялся того, что убив кого-нибудь, он нарушит тем самым Божий закон, и Бог отнимет у него его дар. Ему придется постараться, чтобы этого не произошло.
Дейл сделал еще один шаг, и почувствовал, как лестница прогнулась под его весом. Он медленно перенес вес с ног на руки, упершись ими в перила и приподнявшись над лестницей. Следующие несколько шагов он сумел сделать без звука и вскоре стоял в коридоре перед главной спальней.
