— Она сюда прилетела, моя сестра. Аура. Потом улетела, вернулась домой, в Австралию. И исчезла. Или утонула. Думают, что она утонула в море. Или утопилась. Никто не знает. Поэтому родители попросили меня отправиться в Данию, чтобы найти ее друзей, встретиться с родственниками, с которыми она тут общалась. Которые ее любили. Мою старшую сестру. Я в первый раз улетела из Австралии. С Лутрувиты. Из Тасмании. Я оттуда. Меня должна встретить родственница, у которой я остановлюсь. Мамина двоюродная сестра. Я в первый раз так далеко от дома. Я уже говорила? Никогда еще так не уставала. Долгие перелеты — тот еще геморрой, да? — В легких кончился воздух, и Эстер вдохнула поглубже, чувствуя, как горят щеки. Сунула кулаки поглубже в карманы.
Служащая критически оглядела ее с головы до ног.
Не доверяя себе, Эстер постаралась успокоиться и просто уставилась на таможенницу в ответ.
После бесконечно долгого ожидания служащая полистала паспорт, с такой силой влепила штампы, что Эстер вздрогнула, и вернула документ.
— Надеюсь, вы найдете то, что ищете. — В глазах таможенницы мелькнуло понимание. — Добро пожаловать в Данию.
Эстер стояла в зоне прибытия. Рядом проходили группки людей; кто-то протягивал руки, кто-то обнимался, люди улыбались. Эстер высматривала в толпе Абелону. Джек показал ей фотографию, и Эстер искала светловолосую голову. Безуспешно. Эстер снова прошлась взглядом по окружавшим ее лицам и краем глаза уловила резкое движение: женщина со светлыми волосами, убранными в пучок, из которого торчала на манер шпильки кисточка для рисования, махала ей.
— Эстер?
— Абелона! — отозвалась Эстер, тоже неловко помахав в ответ. Она понимала, что от нее пахнет спиртным, но покупать мятные леденцы было уже поздно.
Абелона грубовато обняла ее. От черного пальто еле уловимо пахло табаком, солью и анисом. Обняв Эстер, Абелона отодвинула ее на расстояние вытянутой руки и оглядела с головы до ног. Эстер попыталась задержать дыхание — в глазах Абелоны мелькнуло неудовольствие, и Эстер поняла, что та учуяла водку. Эстер стала расправлять заломы на одежде.
— Как ты похожа на Фрейю, — сказала Абелона. Слева, над сердцем, у нее на пальто была прицеплена брошка — крупный необработанный кусок янтаря, похожий на большую каплю меда.
Эстер замерла. Джек сказал ей, что Абелона в курсе всех тонкостей и что Фрейя ничего не знает о путешествии Эстер.
— Мне всегда говорили, что я похожа на папу, — спокойно ответила она.
— Ну что ж. — Абелона забрала у Эстер тяжелый чемодан. — Давай отвезем тебя домой. — И она направилась к выходу из терминала. Эстер последовала за ней. — На самолете из Австралии пускай сатана летает, — заметила она через плечо. — У тебя, наверное, на ногах не стоит.
— Что? — Эстер решила, что ослышалась, и прибавила шагу, чтобы не отставать от Абелоны.
— Я неправильно сказала? — Абелона остановилась. — А как надо? На ногах не стояло?
Эстер подумала и, несмотря на их несколько неловкое знакомство, рассмеялась.
— Вы имели в виду — на ногах не стоишь?
— Да. — Абелона щелкнула пальцами. — На ногах не стоять от усталости. Именно так. Ты, наверное, на ногах не стоишь? — И она пошла дальше, прокладывая путь.
Эстер заторопилась следом, пытаясь связать эту грубоватую, резкую женщину с той, которую описывала Аура в своих первых письмах из Копенгагена. Тогда она еще писала Эстер.
Наконец-то я чувствую себя как дома, Старри. У Абелоны сердце размером с море. Она все время ругается по-датски, курит трубку, а еще у нее длинные светлые волосы, которые она закалывает всем, что подвернется. Ручкой, веточкой, подобранной в парке, кисточкой, вилкой. А если их распустить, они, я думаю, достанут ей до колен. Тебе бы она тоже понравилась.
— Идем, идем, — позвала Абелона Эстер, которая плелась позади. — До машины недалеко. Ехать всего двадцать минут, а там и постель.
Они вышли из терминала. Эстер встретил холодный воздух Северного полушария.
За окнами машины проплывал Копенгаген: восхитительно размытый свет светофоров, булыжные мостовые и тени. Эстер вспомнились слайды из «вью-мастера».
Сквозь сетку деревьев мерцали огни парка Тиволи. Эстер прижала пальцы к окну.
— Тиволи — второй по старшинству парк в мире, — говорит Аура. — Он открылся в тысяча восемьсот сорок третьем году. — Из-за «вью-мастера» появляется ее лицо с круглыми от восторга глазами. — Ты же понимаешь, что это значит?
И Аура вручает «вью-мастер» Эстер.
Эстер мотает головой: нет, она не знает. Смотрит слайды, видит волшебные висячие сады с цветами, деревья, увитые электрическими лампочками, диковинный аквариум, американские горки, дворец с лебедями.
