Сегодня опять проснулась в хорошем настроении, и не просто так. Вчера вечером посмотрели «Белый бриллиант» – никто не знал, что выбрать, и я предложила. Что ж, мне понравилось, и всем тоже. Наверное, у всех так – чувствуешь ответственность за выбор фильма, и хочется, чтобы твой понравился всем. И если вначале люди были насторожены, кто-то вообще ушёл (в соседнем зале смотрели «Неудержимых»), то постепенно втягивались, а к появлению петуха уж точно были безвозвратно влюблены. Ближе к концу заходили новые зрители и оставались смотреть, хотя понимали мало что; гидрологи пришли с поля и принесли маленькую живую рыбу! Это переключило внимание на какое-то время, и после фильма вместо обсуждения все стали смотреть на то, как рыба плавает в прозрачном пластиковом ведре. Биологи просят всю живность, которая случайно попадается в руки в процессе работ, приносить им для исследований – конечно, все образцы нужны им в неживом виде. Так что стали обсуждать, что делать с рыбой и что вообще-то лучше убивать их ещё в поле, чтобы биологам не пришлось самим это делать. Возвращаясь к фильму, один гидролог-кинолюбитель, которого я почему-то уважала, в конце заявил: «Ну, бюджет бы побольше, и можно сделать из этого нормальный художественный фильм». Я тогда была под впечатлением от фильма и спорить не хотелось, но – что? Почему документальный фильм плох своей документальностью? Кажется, вся суть как раз в фиксации настоящей жизни, такое не придумаешь. Ну и отдельное мастерство – смонтировать жизнь так, чтобы выстроить драматургию, которая определённо есть, но не всегда очевидна.
Вчера на собрании сказали, что наша льдина трескается. Не критично, но в домик метеорологов дадут сухой паёк на случай, если они отколются, – в этом доме сидят круглосуточно, в отличие от остальных, где люди приходят поработать и уходят. Как интересно. Я вот торчу на палубе, на улицу не выхожу, а там, оказывается, такое происходит! Опытные ледовики говорят, что трещины – это нормально и они будут появляться, у льдины есть динамика.
Как ни парадоксально, температура при этом падает, сегодня должно быть до –27 ℃, да и внутри корабля ощутимо холодает, приходится включать батарею на ночь, к чему я не привыкла.
Вчера, раз уж у нас два дня подряд нет станций, заставила себя порисовать акварелью. Давно хотела нарисовать свою жёлтую ортопедическую тапку – вот и предоставился случай: положила её на коричневую кофту, композиция готова. Решила не тратить большие листы бумаги, взяла А5. В каком-то видеоуроке сказали, что цвет тени – не просто смешанный с тёмным пигментом основной цвет, а совсем другой. Мне нужно время, чтобы постичь искусство правильно находить и смешивать цвета, но помню, там говорилось, что часто в тенях присутствует зелёный – тогда я к жёлтому и коричневому добавила побольше зелёного и стала рисовать. Получилось странно, но что-то в этом есть.
Сегодня с утра должны были спускать розетту, после этого мы собирались брать свои осадки. Глубина здесь два с половиной километра, так что спуск и подъём занимают несколько часов. Оказалось, что гидрологи с начальником напились накануне и не в состоянии работать, поэтому розетта переносится на вторую половину дня. Серьёзно? Из-за этого нам придётся работать чуть ли не ночью, что не очень приятно. Кто-то рассказал, что, когда у начальника спросили по телефону, почему так, он ответил: «Приказ начальника». Меня это всё возмутило: подстава от якобы милых гидрологов (наверное, я, как всегда, идеализировала людей), да ещё и этот «приказ». Вот так и отбирается материал на наши исследования… Впрочем, не думаю, что я кого-то удивлю тем, что в экспедициях постоянно пьянствуют.
Вчера узнали от коллеги на суше, что в нашем институте происходят сильные изменения, уже поменяли руководство. Говорят, теперь не разрешают работать удалённо, что для меня – катастрофа.
После собрания в моей коллекции появилась ещё одна история про пьянство. Коллега-геолог ночью приходил в гости к метеорологам в домик на льду. В ту же ночь дежурный метеоролог не проснулся вовремя, чтобы передать данные на сушу в определённое время, пришлось идти на льдину будить его. Говорят, подобные ситуации уже происходили. А-ха-ха, почему мне так смешно? Наверное, потому что я не пью, иначе понимала бы всё…
Ну вот, два дня я почти не виделась с ближайшими коллегами – всё было прекрасно, и спала я хорошо, вставала к завтраку. Вчера пришлось с ними повзаимодействовать – сплю ужасно, опять очень сильно сжимаю челюсти, не высыпаюсь. Отвратительно.
Пока ходила по дорожке, поняла, что нахожусь в классических отношениях (неромантических) с нарциссом – молодым коллегой. Кажется, пора любой ценой сделать так, чтобы меня не задевали его намеренные (как бы он ни уверял, что это не специально) зацепки, иначе так и буду страдать до конца рейса.
Класс, день начинается с претензий и крика главного в нашей группе.
