Шму захлопала глазами, не зная, что сказать. Корди знала, каких трудов стоит вытянуть из ассассина хотя бы слово. Да что там слово, прошло целых полгода, прежде чем они научились вот так сидеть на мачте, деля на двоих миллион тонн пустоты воздушного океана.
— Ринни думает, что я легкомысленная и неопытная, — Корди фыркнула, лежа на спине, — И еще недисциплинированная. Она не знает. Я никогда не смогу стать ведьмой. Даже если выучу наизусть все рецепты и перестану брать ее вещи. Просто у некоторых кораблей есть свой предел высоты. Так сказал «Малефакс». Наверно, я просто очень маленький и никуда не годный корабль.
Шму молчала, втянув голову в плечи, она явно не знала, каких слов от нее ждет ведьма, а если и знала, то никогда бы не решилась произнести их вслух. Поэтому Корди стала наблюдать за первым, что попалось на глаза — за ползущей по стеньге голотурией. Голотурия двигалась куда-то вверх, медленно, но так целеустремленно, будто там, наверху, у нее было какое-то важное дело. Гадкие создания, подумала Корди рассеянно, и как только Розе Ветров пришло в голову создать что-нибудь подобное! Словно шершавый сморщенный огурец на крохотных ножках, да еще и извивается. Фу, гадость. Но вот, тоже куда-то ползет, тоже чего-то хочет, тоже живет в огромном небесном океане, занимая свою частичку объема. Значит, и такие существа для чего-то нужны, где-то Розой учтены и куда-то направлены…
— Пожалуй, мне стоит самой рассказать все Дядюшке Крунчу, пока не поздно, — Корди задумчиво накрутила самый надоедливый из хвостов на палец, — Как думаешь, а? Конечно, он устроит мне выволочку. Заставит месяц подряд стоять на вахте или что-нибудь похуже…
Болтая ногами в пустоте, Корди ощутила, как подошвы ее башмаков касаются грубой парусины фок-марселя, который вдруг опал, несмотря на то, что ветер, гнавший «Воблу» вперед, даже не думал ослабевать. Интересное дело! Корди даже запустила руку за пазуху, коснувшись твердого переплета «Жорнала». Не исключено, «Вобла» демонстрирует очередной магический фокус — чудное поведение парусов в ветренную погоду. Забавно, раньше ей никогда не приходилось замечать ничего подобного на фок-мачте…
Корди села, чтоб изучить странное поведение марселя поближе — и едва сдержала восхищенный вопль.
Верхняя часть фок-марселя спала не просто так — за ним угадывался контур рыбы. Большой рыбы — не како-нибудь ерша или налима. Судя по всему, рыба встретилась с парусом на встречном курсе и теперь немного запуталась в парусине, как это иногда бывает с рассеянными рыбами.
Большое тело — футов восемь в длину, не меньше — пыталось
Дельфин!.. Корди чуть не взвизгнула от радости. Никогда еще дельфины не приближались так близко к баркентине. Пусть и любопытные, они предпочитали держаться на расстоянии в полсотню ярдов — то ли не доверяли подозрительным двуногим, снующим по палубе, то ли животным естеством ощущали рассеянную магию корабля.
Корди сама не заметила, как вскочила на ноги. Удивительно, десятью минутами ранее они даже приподнять ее не могли, а сейчас даже и ноющие коленки забылись…
— Тс-с-с-сс, Шму! — прижала к губам указательный палец и округлила глаза, чем еще больше испугала ассассина, — Кажется, в парусе дельфин! Не говори громко, а то спугнешь!
Шму кивнула, подтверждая, что громко говорить не станет. Сама она напряглась, даже голову в плечи втянула. Глупышка, усмехнулась мысленно Корди, одергивая юбку, кто же боится дельфинов? Впрочем, Шму может. Любая рыба крупнее селедки зачастую вызывала у нее нервную оторопь. Единственным исключением были карпы. Видно, было во взгляде их вечно грустных выпученных глаз что-то такое, что заставляло Шму видеть в карпах родственную душу. Полагая всех карпов одинокими и глубоко несчастными, она тратила немало времени, чтобы помочь им в меру своих сил — зачастую самым нелепым образом. Члены экипажа «Воблы» не раз натыкались на укутанных в крошечные одеяла карпов или карпов, спрятанных в камбузных шкафах. Тренч уверял, что как-то раз, отправившись в трюм за запасным гюйсштоком, обнаружил Шму, которая едва слышно напевала карпу колыбельную. Но Корди ему не верила. У бортинженера было странное чувство юмора, кроме того, сомнительно было, чтоб кто-то смог подкрасться к Шму, оставшись незамеченным.
— Эй! — прошептала Корди, становясь на колени и заглядывая за край марса, — Дельфин! Не бойся! Иди сюда, я дам тебе галету!
Рыба в складках фор-марселя несколько раз активно шевельнула хвостом, то ли отзываясь на голос, то ли рефлекторно. Она была футов на пять ниже самого фок-марса, оттого Корди пришлось едва не свешивать голову вниз. Единственное, что она смогла разглядеть — отпечаток вытянутой морды в парусине.
— Вкусная галета! Мм-м-мм! — Корди вытащила из кармана жилетки обгрызенную половину галеты, не доеденную Мистером Хнумром, и поболтала ей в воздухе, — Иди сюда, рыбеха! Я не кусаюсь! Шму, а ты знаешь, что на дельфинах можно кататься? Надо только сесть верхом, и он понесет тебя как ветер! Говорят, дельфины иногда спасают потерпевших кораблекрушение небоходов. Ты знала об этом?
