Ринни ведь может ни о чем и не узнать. Ни о том, что Корди была в ее каюте, ни о сломанном секстанте. Быть может, ни одна живая душа не узнает о последних днях «Воблы». Мало ли кораблей ежедневно пропадают без вести, съеденные обитателями Марева или канувшие в небытие из-за кораблекрушения?.. Ринриетта может никогда не узнать о судьбе своего первого корабля — и трех членов своего бывшего экипажа. Наверно, разозлится, но не очень сильно. Ведь у нее теперь есть канонерка. Уж на канонерку-то ни одна харибда в здравом уме не нападет…
— Доберется эта тварь до нас, сожрет еще быстрее, чем дауни, — Дядюшка Крунч почти по-человечески склонил голову, — Уходить надо, на всех парах уходить… Только чертовка, похоже, привязалась к нам не на шутку. Я думал, того корабля ей хватит. Пока будет добычу переваривать, пока спохватится… Только она даже не остановилась! Идет за нами, словно веревкой привязали…
Дядюшка Крунч вложил свое раздражение в рывок штурвала. «Вобла» завалилась на правый борт, закладывая резкий поворот, такой, что Корди едва удержалась на ногах. Откуда-то снизу раздался грохот — возможно, шоколадный пирог с рыбьими головами перенес маневр не лучшим образом…
Чудовищная харибда не позволила сбить с себя с толку. Спустя всего лишь несколько секунд она тоже заложила вираж, умудрившись не только не отстать, но, кажется, еще больше приблизиться к кораблю.
— Мы поднимаемся? — осторожно спросила Корди.
Голем кивнул.
— Куда медленнее, чем мне бы хотелось. Сейчас идем на двенадцати тысячах.
— Так высоко?
— Поговаривают, харибды не любят больших высот. Рожденные в Мареве, они с неохотой поднимаются в верхние слои. Марево питает их или что-то вроде того. Только наша приятельница, похоже, не спешит обратно домой…
— Надо подняться еще выше! — Корди запрыгала на одной ноге, чтоб согреться, — На двадцать тысяч!
Дядюшка Крунч издал скрипучий смешок.
— Двадцать тысяч… Шустрая ты рыбеха. Я бы и на двадцать пять залез, в чертоги апперов, лишь бы эту дрянь с хвоста скинуть, только непросто это будет… Мы же на зелье идем, и котел у нас прожорливый что твоя зверушка. А ты знаешь, сколько галлонов он лопает на каждые сто футов подъема?.. То-то. Пойдем вверх — сами не заметим, как последнее сожжем, останемся болтаться в воздухе, беспомощные как рыба с перебитой спиной. Там-то нас и сожрут.
— У нас есть пушки!
— Пушки-то у нас есть, с канонирами хуже, — пропыхтел голем, — Так что оставим их на крайний случай. Дауни уже палили, не сильно-то им это помогло… Там же шкура толстенная, да еще дерево и железо… Редкое ядро возьмет. Нет, лучше бы нам уходить подальше да повыше…
— Много… много у нас зелья? — с замирающим сердцем спросила Корди.
— Последний бочонок час назад откупорил. Считай, на шесть-семь часов лёта, если идти на полных оборотах. Можно, конечно, и растянуть, но тогда упадет скорость… Эх, нам бы еще галлонов двести зелья — взмыли бы свечой!
Корди вновь ощутила стыд, липкий, как рыбья чешуя.
— Прости меня, Дядюшка Крунч, — нос едва опять предательски не шмыгнул, — Прости меня, пожалуйста…
Кажется, он взглянул на нее с удивлением.
— О чем ты, рыбеха?
— Я… Я не смогу приготовить еще зелья, — все-таки шмыгнула, не сдержалась, — Я не помню рецепта. За меня зелья готовил «Малефакс», я лишь смешивала… Я даже не настоящая ведьма!..
Корди с ужасом почувствовала, что сейчас заревет. Противно защипало в глазах, запершило в горле. Ведьмы никогда не плачут, но она же не настоящая ведьма, ей можно…
Дядюшка Крунч устало вздохнул, протянул свою механическую лапу и мягко дернул ее за свисающий хвост, перевязанный железной цепочкой.
— Все в порядке, рыбеха, я на тебя не сержусь, — пробасил он, — Хотя и полагалось бы… Думаешь, я не знаю, что тебе все это время помогал тот болтун?
Корди уставилась на него в немом изумлении. Глаза широко открылись, но слезы почему-то из них не полились. Плакать отчего-то вдруг перехотелось.
— Ты знал?
Старый голем добродушно усмехнулся, скрипнув механическими внутренностями.
— Я присматриваю за этим корытом уже много лет, рыбеха. Замечать все, что на нем происходит — моя работа. Хотя… Было один раз, много лет назад, дело, когда я действительно кое-чего не заметил. Отчалили мы тогда с Восточным Хураканом в дальний рейс, я лично проверил, чтоб кладовая на камбузе была набита под завязку. А вот про все остальное напрочь забыл. В дальнем походе ведь не только провиант нужен, но и все прочее — парусина, гвозди, доски, железо… Кончилось тем, что мы стали использовать макароны вместо шнурков, паруса латали цикорием, ну а вместо гвоздей шли в дело плавники от сушеной сельди. Ну и запах был у нас на борту, можешь себе представить!..
Корди осторожно улыбнулась. Из правого глаза все-таки выкатилась одна слезинка, но ее получилось украдкой смахнуть хвостом.
— А истории про глупых ведьм у вас были? — тихо спросила она.
Голем задумался, но лишь на несколько секунд.
