– Веревка, которой была привязана их лодка, перерезана.
Чарльз посмотрел на нее так, будто ее мысли были написаны на стекле, прозрачном и хрупком.
– Сара, дорогая моя, ты, как всегда, слишком хорошо думаешь о людях. Скорее всего, у них была вечеринка, они разнесли весь дом и сбежали от ответственности.
– Чарльз, – она глубоко вздохнула, в ее голосе появились нотки презрения, – никто не сбегает, просто разбив окно.
– Что ты имеешь в виду?
– Возможно, они мертвы. Там мог случиться пожар. Отсюда не понять. На газоне валяется одежда.
Позади нее в дверях возникла Генриетта.
– Кто-то из них мог заболеть и заразить всех остальных.
Чарльз встал и с размаху шлепнул газетой об стол, необычно бурно для себя.
– И ты, Генриетта? Я такого не потерплю.
Лицо его помрачнело. Чарльз мечтал о втором браке, словно о взятии фигуры противника в шахматной партии, но вместо этого молодая жена не только одолевала его в большинстве споров, но и приучала к тому же его собственную дочь.
– Одежда на траве может означать какую угодно аморальность. – Мысли полковника омрачились, и он ослабил воротничок. – Если там случилось что-то непристойное, нам лучше отправить на разведку кого-то из местных мужчин. Женщинам там не место.
– Нет времени, – ответила Сара. – Если мы сейчас пойдем за ними в деревню, то пропустим почти весь прилив. Чарльз, мне бы хотелось, чтобы ты съездил туда со мной, но я собираюсь туда прямо сейчас. Генриетта прекрасно управится тут сама.
Он вздохнул. В очередной раз его женщины поставили ему шах и мат.
– Что ж, если надо ехать, давай поторопимся.
– Спасибо.
Он взял револьвер и штормовку, несмотря на то что день был солнечный и безветренный. Они выдали Генриетте бутерброд на обед и книгу, чтобы не скучать, а затем поспешили вниз к песчаной бухте в конце дороги, где они держали свой маленький двухвесельный ялик. Чарльз столкнул его на воду, и они забрались внутрь.
Он рос в этих местах и был ловким мальчишкой, поэтому мог не глядя провести лодку между скал. Этот путь он выучил еще до того, как построили дом, когда дети могли без опаски играть на острове.
– Как думаешь, что нас там ждет? – спросил он, берясь за весла.
– Кавардак, – сказала Сара. – Пожалуйста, дай мне сосредоточиться и запомнить дорогу по воде.
Чарльз ласково усмехнулся, как всегда делал, когда речь заходила о ее постоянных попытках научиться чему-то новому.
– Вдруг мне придется возвращаться одной.
С этого расстояния понять, где под водной поверхностью находятся черные скалы, можно было только по мелкой белой пене, которая растекалась по морской глади. Их простая деревянная лодка легко прорезала ее, как нож режет свадебный торт. Полковник греб не оборачиваясь, он вел свое судно с мальчишеским бесстрашием, ориентируясь на то, что видел за кормой.
«Иногда, – подумала Сара, – в нем все-таки есть чем восхититься».
Маршрут повел их вправо, вдоль той стороны, которую было видно с большой земли, затем вокруг островка к его левому берегу. Позади острова – с той его стороны, которая смотрела на море и оставалась в тени, – тесно стоящие скалы поднимались поразительно высоко, часть их обрывалась срезом, образуя своего рода утес. Отвесная стена из темного камня, обращенная в открытое море, выглядела как повязка на глазу. От подножия утеса к воде вел песчаный откос длиной в несколько ярдов, и уклон здесь был таким, что назвать это место пляжем можно было лишь с большой натяжкой.
Сара, смотревшая вперед, увидела их первой. Два мертвых тела лежали на этом сером клочке песка, усеянном сорняками и водорослями, словно на витрине. Чарльз оглянулся и стер пот с бровей. Он повернулся к Саре, на его искаженном лице явственно читался вопрос.
– Они мертвы, Чарльз. Давай поспешим.
Он снова заработал веслами. Когда они доплыли до отмели, стало ясно, что это тела мужчины и женщины, скрученные под немыслимыми углами, словно их схватило какое-то морское чудовище, отжало, как мокрые купальники, и бросило на песок сушиться.
Сара вытянулась вперед. Она их узнала.
– О боже, это же мистер и миссис Стаббс. Он был так дружелюбен, а она так мила. – Она перекрестилась.
Полковник стоял в центре своего суденышка, удерживая равновесие с привычной спокойной уверенностью и направив пистолет в небо.
– Что произошло? Их убили?
– Они упали со скалы, – ответила она. – Это могло быть самоубийство. Или несчастный случай. Или их и правда убили.
– Обоих? – Он выглядел озадаченно.
– Похоже на то. – Она не рассказала ему о картинке, которую рисовал ей разум: восемь пьяных гостей сбрасывают своих слуг с утеса.
– Тогда плыть дальше – безумие. Их убийца может все еще быть на острове.
– Дом выглядел пустым.
– Сегодня утром? Но убийца мог просто еще спать.
Сара понимала, что такая возможность существует, но, по правде говоря, ее манила опасность.
– Все свидетельствует об обратном.
Раздался громкий скрежет. Полковник быстро уселся на место и подтянул весла к себе. Лодку сносило.
– Скалы! Болтаться тут опасно. Плывем дальше или возвращаемся?
