– Поначалу банда пыталась впутать и Берту, – пояснил полицейский. – С ней связалась Луиза: она не объяснила, что именно задумала, но дала понять, что та может сорвать хороший куш, если готова сыграть нужную роль.
По словам самой Луизы, Берта теперь работала гувернанткой в какой-то женевской семье.
– Но о том, что должно было случиться со мной ночью, вас предупредил Адоне Стерли, – предположила Серена.
– Он вовремя нам сообщил, – подтвердил Гассер.
Мужчина в пальто предал ее доверие. После того как она рассказала ему о «Нокии» и безмолвном звонке с подразумеваемым требованием выкупа, он принял решение обратиться в полицию.
Но переплетчик действовал из добрых побуждений, и Серена не могла его винить. Тем более после того, как он рискнул жизнью, отправившись искать ее в лесу.
– Адоне проследил за мной, да? Потому что о встрече в заброшенной хижине никто не знал.
– Чтобы пойти за вами, Стерли даже нарушил ограничение на передвижение, – ответил Гассер. – Он все еще отбывает наказание и не имел права покидать дом с заката до рассвета.
– Сколько же пожаров он устроил, чтобы заслужить такую бесконечную кару? – с вызовом спросила она, думая о годах, которые ее друг уже провел в тюрьме.
– Не только пожаров, – ответил Гассер. – Но об остальном вам лучше спросить его самого…
Серена не уловила смысла этой фразы. Она хотела было попросить пояснений, но тут командир сказал нечто такое, что внезапно изменило ее приоритеты:
– Я сказал вам, что никогда не верил, что ваша дочь могла выжить в пожаре. И на то есть причина.
Серена не понимала, какую еще неожиданность уготовил ей Гассер. И в глубине души боялась узнать.
– Но я не хочу утверждать это голословно, – еще более загадочно прибавил полицейский. – Вам нужно увидеть самой.
Поскольку ее одежда пришла в негодность, в больнице Серене выдали спортивный костюм, кроссовки и телогрейку. Серена с большим удовольствием заехала бы в апарт-отель, чтобы переодеться, но пока что апартаменты считались вторичным местом преступления, поскольку Флору арестовали именно там. Это Флора дала ей послушать шум мини-холодильника по телефону.
Так что Серене пришлось последовать за Гассером в чем была. Они ехали в полицейском автомобиле по довольно свободной дороге за пределами деревни. У Серены не раз возникало искушение спросить командира, куда они направляются, но она сдерживалась. Лишившись надежды снова обнять Аврору, она чувствовала себя опустошенной; ее жизнью правили события, над которыми она была не властна.
Поэтому, что бы Гассер ни хотел ей показать, она была готова.
Минут через десять вдали показалось странное сооружение – нечто вроде белого шатра. По сути, просто тент: по периметру его огораживал нехитрый забор, сквозь который можно было заглянуть внутрь.
Машина припарковалась перед входом. Снаружи Серена заметила, что под навесом свалены тонны мусора, разделенного на кучи: одни поменьше, другие покрупнее. Над каждой кучей была установлена табличка с буквой.
Тент защищал площадку от непогоды.
Среди этих рассортированных завалов работали мужчины и женщины в белых халатах, масках, перчатках, полиэтиленовых шапочках и защитных очках. Они изучали материалы при помощи специальных приборов, тщательно проверяя каждый обломок.
По смешанному запаху горелого пластика и резины Серена догадалась, что перед ней то, что осталось от шале. Обломки перевезли сюда для досконального исследования.
Она шагнула вперед, и у нее перехватило дыхание.
– Мы по-прежнему ищем следы вашей дочери, – произнес Гассер у нее за спиной. – Я пытался сказать вам об этом в первый же день, но вы не захотели меня слушать.
Она недооценила этого человека и полицию Виона. Желудок у нее сжался от стыда и чувства вины.
– Понимаю, почему вы привезли меня сюда, – чуть слышно пробормотала Серена, полагая, что Гассер хочет преподать ей урок. – Я это заслужила.
– К сожалению, вы неправильно поняли, – неожиданно заявил командир грустным голосом. Затем помахал одному из криминалистов, и тот направился к трейлеру, припаркованному рядом с площадкой.
Вскоре криминалист вышел из трейлера с пенопластовой коробкой.
Серена гадала, что в ней. Но боялась выяснить.
– То, что мы собираемся сделать, равнозначно официальному опознанию, – предупредил ее Гассер, открывая крышку контейнера.
Серена предпочла бы не смотреть.
Полицейский достал из коробки прозрачный пластиковый пакетик и показал ей. Внутри лежал какой-то странный крошечный черный осколок.
– Это зуб, – пояснил командир. – Левый боковой резец верхней челюсти, – уточнил он. – И его обнаружили неделю назад.
Серена потрясенно смотрела на находку.
– Мы сделали анализ ДНК, – подтвердил Гассер, читая ее мысли. – Мне очень жаль, – удрученно добавил он. – Он принадлежит вашей дочери Авроре.
Серена хорошо помнила день, когда в ее дом в Милане явились ранее незнакомые ей мужчина и женщина в штатском. Они постучали в дверь и показали ей запрос швейцарской прокуратуры, которая расследовала обстоятельства пожара в Вионе.
