– Не думаю, что у тебя получится, Джордж, – рассудительно заметил он. – Мой кузен Шерри здорово владеет кулаками. Давеча он ведь разбил тебе нос и, вполне вероятно, проделает это вновь. Не хочу расстраивать твои планы, мой мальчик, но от правды не уйдешь. Более того, я никогда не видел, чтобы он на коленях просил у кого-нибудь прощения. Имей в виду, я не хочу сказать, что такого не может быть в принципе, просто я такого не видел. Удивительно надменный и упрямый народ эти Верельсты.
– Когда Шерри выслушает все, что я имею ему сказать, то он вернется сюда вместе со мной и извинится перед бедным Котенком, – провозгласил лорд Ротем. – Или же он не тот человек, за которого я его принимаю!
– Вы не понимаете, Джордж, – печально сказала Геро. – Быть может, он выслушает вас и даже, не исключено, сжалится надо мной, потому что добр ко мне, но, видите ли… Видите ли, все это было ужасной ошибкой и мне не следовало выходить за него замуж. – Она понурила голову, глядя на свои судорожно сжатые руки. – Понимаете, Шерри… Шерри не любит меня. И… и никогда не любил. Не будь я такой г-глупой г-гусыней, я бы не вышла… Потому что он даже не притворялся, будто любит меня.
Лицо Джорджа исказилось гримасой боли. Быстро вернувшись в комнату, Ротем накрыл ладошки Геро своей рукой и крепко сжал их.
– Знаю, – сказал он прочувствованно.
Леди Шеригем, кивнув, ответила:
– Да… так я и думала, что вы знаете, Джордж. Поэтому вы сами видите…
В комнате воцарилось тягостное молчание. Его нарушил Джордж, со всей суровой прямотой обратившись к мистеру Рингвуду:
– Почему бы тебе не изречь что-нибудь, Джил, а не стоять здесь как чертова восковая статуя?
– Я думаю, – коротко отозвался мистер Рингвуд.
– Что ж, думай быстрее! – заявил Джордж. – Не хватало еще, чтобы Шерри догадался, что она здесь, – это лишь подольет масла в огонь!
– Шерри хватится вас? – осведомился у Геро мистер Рингвуд.
– О нет! Он куда-то ушел и, скорее всего, сочтет, что я уже легла, когда вернется. Никто не знает, что меня нет дома.
– Вы пришли сюда одна, Котенок?
– Нет, со мной Мария. Она – моя горничная, и до сегодняшнего дня я даже не подозревала, как она меня любит, потому что мне казалось, будто Мария меня терпеть не может! Но… но она вернулась ко мне после ухода Шерри и прочла мне отрывок из Библии, о Руфи и Наоми, это было так трогательно, а сейчас она в холле, сидит с моим багажом, потому что я не могла нести больше ничего, кроме часов и канарейки, а их я должна была взять с собой обязательно!
Ферди с сомнением окинул взором эти два предмета первой необходимости дамского багажа.
– Пожалуй, вы правы, – сказал он. – Очень симпатичный хронометр.
– Джил подарил мне его на свадьбу, – пояснила Геро, и слезы вновь заструились по ее щекам. – Я сохранила и ваш браслет, и разве я могла оставить милую маленькую канарейку Джила? Она ведь названа в его честь! А Шерри… Шерри не любит ее так сильно, как я, и, наверное, отдал бы ее кому-нибудь.
– Хорошо, что вы захватили их с собой, – решительно заявил Ферди. – Они составят вам компанию. Но все равно, Котенок, не представляю, куда вы намерены направиться. Вы же не можете остаться у Джила. Шерри это не понравится.
– Нет, может, – неожиданно возразил мистер Рингвуд. – По крайней мере ненадолго, но я не вижу причин, почему бы ей не остаться здесь на сегодняшнюю ночь. Собственно говоря, она просто обязана это сделать.
– Господи милосердный, Джил, да ты, наверное, сошел с ума! – взорвался Джордж. – Не видишь причин, почему она не может этого сделать, – нет, надо же такое сказать! Если это все, до чего ты додумался…
– Абсолютно никаких причин, – подтвердил мистер Рингвуд. – Служанка с ней. Раскладную кровать можно поставить в моей комнате. А я переночую у тебя.
– Полагаю, это меняет дело, – неохотно признал Джордж. – Но ничего не решает! Проклятье, надо же, как все запуталось! У нее нет родственников, к которым она могла бы обратиться, иначе я бы сказал, что она поступила правильно, покинув Шерри. Но не может же она жить одна! И ты знаешь об этом! Не будь ее свекровь такой вздорной женщиной… Вы уверены, что не сможете жить в Шерингем-Плейс, Котенок? Я имею в виду, Шерри, конечно, редкостная скотина, что поставил вас перед таким выбором, но я понимаю его резоны. Это
– Нет-нет, Джордж, даже не просите меня поехать туда! – взмолилась Геро. – Я уже решила, что стану гувернанткой, как и хотела кузина Джейн. Правда, я не знаю, с чего начать, поэтому и пришла к Джилу, ведь он учил меня управлять фаэтоном, и я подумала, что он может знать.
– А ты знаешь, как, Джил? – полюбопытствовал Ферди, глядя на мистера Рингвуда с зарождающимся уважением.
– Нет, – ответил мистер Рингвуд.
– Так я и думал, – заключил Ферди. – Вот что я тебе скажу: надо спросить мою мать! Она знает наверняка!
– Она не будет гувернанткой, – коротко бросил мистер Рингвуд. – Говорил же я вам, что размышляю. И вот что я придумал.
Джордж, который тоже думал о случившемся, внезапно заявил:
