Уже в мирное время германский и английский флоты относились друг к другу с особенным уважением. То, что в офицерских кают-компаниях германских кораблей провозглашались тосты за «день» (сражения с английским флотом) является просто выдумкой. Эта ложь была принесена затопившим мировую прессу потоком легенд о воинственных намерениях Германии. К тому же до войны наш флот питал для этого слишком большие симпатии к английскому морскому офицерству, а наше благородство делало подобные выходки совершенно немыслимыми. Не говоря уже о том, что желание сразиться с достойным и в два раза более сильным противником является простое глупостью.
Прежде чем перейти к рассмотрению обеих главных причин, в силу которых наш флот не смог достичь конечного успеха, я расскажу вкратце о действительном воздействии, оказанном им на ход войны.
Одними собственными силами наш флот предохранил от вражеского нападения все наше побережье, протянувшееся от Мемеля до Эмса; по нашему побережью не было сделано ни одного выстрела. Благодаря своему безусловному господству в Балтийском море наш флот обеспечил свободный подвоз товаров, в частности, особенно необходимой для нашей военной промышленности руды; он прикрывал левое крыло нашей восточной армии от намеченных русскими ударов в тыл, которые, вероятно, играли определенную роль в англо-русском морском соглашении 1914 года. Позднее флот обеспечил переброску одного крыла нашей армии через море. Своей успешной операцией против Эзеля и Моонзунда, проведенной в удачном сотрудничестве с армией, флот под командой адмиралов Шмидта и Венке способствовал преодолению последнего сопротивления России. Поскольку наш флот не был разбит и англичане вследствие этого не смогли перейти к тесной блокаде нашего побережья, северные державы и Голландия смогли сохранить нейтралитет, несмотря на угрозы Англии. В первом десятилетии текущего столетия, когда наш флот был еще слаб, Англия разработала план высадки десанта в Ютландии и, таким образом, собиралась совершить над Данией такое же насилие, какое впоследствии было совершено над Грецией. Германский флот сделал это предприятие неосуществимым.
Представим себе, каковы были бы последствия полного отсутствия или разгрома нашего флота для нашего экономического и стратегического положения. Если бы наш флот в Северном море подвергся давлению или хотя бы сильной угрозе, мы не смогли бы удержаться на западном и восточном фронтах. Но это еще не все. Наш флот принудил англичан к колоссальному увеличению собственных морских сил. Один только личный состав их флота был увеличен более чем в три раза. По сведениям из английских источников, вряд ли склонных к преувеличениям, в войне на море было занято 1,5-2 миллиона человек, что явилось значительным облегчением для нашего западного фронта.
В предыдущей главе я уже говорил о том, какой удар нанесло бы Англии занятие нашей армией французских портов Ламанша. Но чтобы эта оккупация явилась действительной, а возможно, и решающей опасностью для Англии, нам нужен был флот, способный использовать эти порты в качестве своих баз. В этих целях и был сформирован морской корпус – единственная военная операция, непосредственно направленная против Англии, которую я смог провести в рамках морского ведомства.