Караван нашего Соединения прибыл в польское поместье Ласицкое. Польский помещик сумел болотистые земли в самом сердце полесских трясин и чащоб превратить в плодородную почву. Он прорыл каналы и осушил болота. Ласицкое стало на полесских землях оазисом. Вдоль каналов были высажены деревья. Аллея из декоративных деревьев вела к возвышенности, на которой сверкало своей белизной двухэтажное здание. Оно выглядело, как дворец в сказочной стране. Дом был построен в красивом стиле с нишами в стенах и со статуями в них, напоминавшими о древних рыцарских временах.
Вокруг дома распростерся еловый лес, а вокруг извивались аккуратно прорытые каналы, где водилось много рыбы разных видов. Недалеко от каналов были пруды и озера.
В этом прекрасном здании расположились штаб и редакция. Работники редакции разместились на первом этаже, выделив две большие комнаты для редакционной работы. Большие венецианские окна выходили на солнечную сторону аллеи. Стены были увешаны коврами и картинами, на которых были изображены охотники и звери. Сам помещик в страхе перед партизанами бежал к немцам, оставив здесь часть прислуги.
Было начало июля 1943 года. После всех скитаний и странствий все это казалось нам какой-то фантастической действительностью, как будто мы поселились на курорте.
Мы себе позволяли кататься на лодках и купаться сколько душе угодно. Видно, поговорка о том, что «к хорошему скорее можно привыкнуть, чем к плохому», в полной мере относилась к нам. Находясь в Ласицком, хотелось забыть, что мы граждане лесного государства, где потолком нам служило небо, а постелью — мхи, а то и просто голая земля. Нам хотелось подавить в себе осознание реальной действительности, забыть, что большой вражеский гарнизон находится всего в 28–30 километрах от нас — в Пинске.
Мы нашли в этом сказочном замке вволю продовольствия. В страхе перед нами графские слуги открыли ворота всех амбаров, где было много разного добра. Они вылавливали для нас рыбу в прудах и каналах.
По вечерам мы устраивали развлечения с песнями и танцами. Организатором этих вечеров была наша повариха и завхоз Александра Михайловна, бывшая артистка московского театра.
У нас создались самые благоприятные условия для творческой работы. Возможно, что для наших изданий в лесах слово «пресса» звучит высокопарно. В партизанских условиях пресса была втиснута в узкие рамки. Не обо всем можно было писать. Не могли быть отражены, например, личные переживания, полные мучительных эмоций, тяжелых настроений и дум. Наша пресса не могла уделить места художественной литературе, искусству, культуре. Изредка печатались стихотворение или очерк на боевую тему. Иногда печатался фельетон антинемецкой и антифашистской направленности. Все статьи писались кратко, простым языком. Содержание их носило пропагандистский характер в соответствии с задачами партизанского движения. Все издания имели основную задачу — информировать и освещать положение на фронтах, а также публиковать документы о немецких зверствах, разъяснять населению справедливость нашей борьбы с фашизмом и повышать идейный уровень и самосознание самих партизан. Красной нитью проходил тезис, что война против фашизма принесет мир и свободу всем народам. Печатались также очерки о партизанском героизме и отваге.
Во второй половине июля вышел в Ласицком наш первый номер газеты «Червоный прапор». В нем были опубликованы приказ Верховного командования и полное подробное сообщение о победе Красной Армии под Орлом — Белгородом. Генерал Бегма написал по этому же поводу статью, в которой призывал партизан к активным действиям. Победа под Орлом — Белгородом нас ободрила. После победы под Сталинградом она была второй по значению победой Красной Армии над немцами.
В этом же номере были опубликованы рассказы двух советских женщин, бежавших из Пинской тюрьмы, и рассказы двух молодых украинских парней, бежавших из немецких лагерей. Они сообщили подробности о газовых камерах и лагерях смерти, где истреблялись евреи.
Я составил для этого номера подробный отчет о сражении под Городно. Были также напечатаны очерки и поэма в юмористическом стиле, сообщения о культурной работе в отрядах и обзор стенгазет отрядов Соединения.
Почти с таким же содержанием вышел первый номер газеты на польском языке «Червоный штандар». В нем, кроме того, были напечатаны мои впечатления о посещении польских лагерей и моя статья о Тадеуше Костюшко.
В имении Ласицкое мы находились месяц. Мы успели за этот месяц выпустить три номера газеты «Червоний прапор» на украинском языке и один номер газеты «Червоный штандар» на польском языке, а также ежедневно выпускали сводки Совинформбюро и новости с фронтов союзников. В наших условиях это было большое достижение. Вера Евсеева отбыла в Озерские леса по ту сторону реки Горынь, где была расположена бригада под командованием майора Повторенко. У нас остался один наборщик Арье (Лева[73]) Долинко. И только благодаря его трудоспособности и самоотверженности удалось выпустить такое большое количество материалов.
