Восстать из Холодных Углей полностью

Я не стала спорить. Я бы с радостью смотрела, как сгорает Терреланская империя, вместе со всеми ее жителями. Я изо всех сил старалась найти хоть каплю сострадания к людям, которые наслаждались моими пытками, к людям, которые умоляли отдать им мой труп. Они называли меня Королевой-трупом, называли монстром. Я покажу им монстра. Мы покажем им монстра.

— Хардт где-то здесь. Я должна его найти.

Он наша слабость, Эскара. Если бы не он, нас бы никогда не поймали. Однажды ты уже пожертвовала нами ради него…

— И я сделаю это снова, если понадобится. Мы уходим отсюда, Сссеракис, но забираем Хардта с собой.

На мгновение мой ужас затих. Этот император должен умереть. Ты не можешь скрыть от меня ни свой гнев, Эскара, ни свою боль. Я вижу, что он с тобой сделал.

— Он заплатит. Они все заплатят. — Я посмотрел на петлю надо мной. — Перережь ее. — Моя тень превратилась в маслянистое пятно, распластавшееся на дальней стене. Она поползла вверх и легко перерезала веревку. Я обвязала ее вокруг талии, изо всех сил стараясь держать только одной рукой. Поверь мне, что завязать узел одной рукой — настоящее испытание. Я подошла к двери и посмотрела на нее в темноте. Кусок твердого дерева, окованный железом, с крепким засовом. Этого более чем достаточно, чтобы остановить Хранителя Источников без магии. Но ничто против древнего ужаса и его страха, тени и льда. Темные крылья выросли у меня за спиной и охватили плечи, врезались в деревянную дверь и сорвали ее с петель, прежде чем отбросить прочь по коридору.

Я была свободна, и я была зла.

И мир за это заплатит!

Напротив меня висел фонарь, внутри которого мерцал мягкий желтый свет. Этот фонарь долго был моим единственным источником света; он всегда освещал петлю, которая теперь была обвязана вокруг моей талии. Я сняла его с крюка и понесла перед собой. Мне не нужен был свет, чтобы видеть, но это был еще один символ моего заключения.

По коридору разнеслось эхо шагов.

— Их будет много. Между нами и императором солдаты. Достаточно ли ты силен?

Сссеракис рассмеялся. Возможно, ты держала меня в ловушке, но я был окружен страхом. Я наслаждался им. Твоим. Их. Это место. Ты чувствуешь это? Страх исходит из самых стен. Он скапливается под нами и обтекает нас. Это место видело больше страха, чем ты думаешь. Оно тонет в страхе. В голосе моего ужаса слышалось удовлетворение. Ему здесь нравилось. Я одолжу тебе все, что у меня есть, чтобы разрушить этот дворец и глупца, который называет себя королем, но как же твоя сила?

Я покачала головой.

— Сссеракис, у меня ничего не осталось.

Ты думаешь, что они лишили тебя твоей силы. Это не так. Они не могут. Это часть тебя. Они не могли отнять ее у тебя, как и ты не можешь ее отдать. Используй ее! Используй мою силу и свою собственную. Вместе мы заставим их заплатить.

— Она свободна! — Крик эхом разнесся по коридору. — Королева-труп сбежала. Приведите подкрепление. — Мужчина стремительно помчался к нам. В одной руке он держал деревянную дубинку, в другой — горящий факел. — Возвращайся в свою камеру. — Я уже решила, что скорее умру, чем позволю им посадить меня обратно, но они умрут первыми. — Возвращайся в свою камеру, и мы сделаем вид, что ничего не произошло. — Он остановился, чтобы взглянуть на дверь, сорванную с петель, с выбитыми в ней огромными отверстиями. — Как ты...

Сейчас!

Я бросилась к нему, преодолев разделявшие нас десять шагов со скоростью, на которую мое тело было не способно. В этот момент я узнала этого человека. Клюз, один из Стражей могилы, который каждый день сопровождал меня в камеру и обратно. Человек, который стоял в стороне и наблюдал за моими пытками день за днем. Он больше не издевался надо мной и не называл это проявлением доброты, но он был так же ответственен за мои страдания, как и сам император. Они все были виноваты. Все Стражи могилы. Все солдаты. Все жители Джанторроу. Все они!