К тому времени, как мы добрались до первой из четырех цепей, привязывающих летающую гору к земле, у нас появилась внушительная свита. Дикие пахты, по большей части, были достаточно любопытны, чтобы преодолеть свой страх передо мной и благоговение перед Аэролисом. Иштар нас не сопровождала. Слишком раненная, чтобы ходить, и слишком гордая, чтобы ее несли на руках, она осталась в нашем маленьком домике, который мы называли домом. Со мной были все мои друзья; они не хотели пропустить то, что я собиралась сделать. Это было интересно во многих отношениях; Хорралейн нес молот, и именно гигант махал им, но этот поступок всегда приписывали мне. Настоящие лидеры берут на себя ответственность не только за свои приказы и их последствия, но и за неупорядоченные действия. Я несу ответственность за многие злодеяния, совершенные от моего имени, несмотря на то что я никогда не отдавала таких приказов. Я достаточно стара и мудра — по крайней мере, в наши дни, — и понимаю, что мне бы следовало внимательнее присматривать за теми, кто находился под моим командованием.
Край До'шана оказался опасным и осыпающимся. Куски горы, большие и маленькие, давным-давно откололись и плавали рядом, захваченные той же магией, которая удерживала гору в воздухе. Несмотря на эрозию, здесь не было крупных островов-спутников, в отличие от Ро'шана, у которого их было три, вращающихся на разной высоте и скорости. Я подошла к краю с осторожностью и желанием ее не показывать. У меня всегда хорошо получалось демонстрировать браваду перед аудиторией. Ближе к цепи мне пришлось смахнуть несколько камней и немного грязи. Первое из звеньев вырывалось из горного склона совсем недалеко от поверхности, не более чем в двух моих незначительных ростах. Тем не менее, Хорралейн не мог ударить по нему с того места, где мы стояли, и было трудно спустить его вниз.
— Как нам спустить его вниз? — спросил Хардт, осторожно подходя вплотную к краю, но перенося вес тела на заднюю ногу. — Один из твоих порталов?
Я покачала головой:
— Портал — плохая идея. Кто-то наблюдает с другой стороны портала.
Аэролис приблизился, но все еще был далеко от Хорралейна и молота. Я почувствовала, как ветер Джиннов колышет мой плащ, а другие плотнее запахнули свою одежду. У меня внутри снова был источник пиромантии, который согревал меня, несмотря на холодный воздух.
— Не связывайся с существом с другой стороны, — прошипел Аэролис.
— Почему? Что ты знаешь о нем?
— Что он разорвет тебя на части, если проявит интерес. — Вихрь усилился. — Я бы посоветовал не привлекать его внимания.
Джинн не сказал правду, но меня это не удивило, и тебя не должно удивлять. Я заметила, что могущественные редко говорят правду, а вместо этого раскрывают ее только частично, чтобы успокоить любого, у кого возникнут вопросы. И достаточно, чтобы скрывать истинные планы за тенями ложной правды. Секреты — товар. Они стоят очень дорого, пока их не раскроют, а потом они не стоят ничего. Я раскрыла многие секреты Джиннов прежде, чем покинула До'шан. Я узнала правду о них и о Ранд. И я поняла, почему, несмотря на все свое могущество, Джинны никогда не пользуются порталами.
— Ты можешь помочь нам добраться до цепи? — спросила я Аэролиса.
— Нет. — Голос Джинна звучал угрюмо. — Моя сила заперта здесь, так же как сила Мезулы заперта на Ро'шане. Каждый из нас — пленник в клетках, созданных другими.
— Должно же быть что-то, что ты можешь сделать. Ты Джинн, повелитель земли, металла и камня. Твой народ ветер, ты огонь, ты молния. Так что перестань дуться за стенами своей клетки и помоги мне их разрушить.
После нескольких дуновений в лицо Джинн яростно отвернулся от меня, ветер больше не трепал мой плащ. Одно из близлежащих зданий, приземистое сооружение из серого камня, остро нуждавшееся в ремонте, рассыпалось на тысячи осколков, как будто не было сделано из камня. Осколки медленно поплыли к нам по воздуху под воркующее мурлыканье находившихся поблизости Диких, а затем начали складываться в лестницу. Лестница рухнула на землю с глухим стуком, который я почувствовала своими ногами, а затем заскользила вперед, пока не упала с края горы. Я услышала лязг, когда последняя ступенька ударилась о первое звено цепи. Кружащаяся фигура Джинна повернулась ко мне:
— Остальное твое, женщина.
