Андреич посмотрел в ложбину, на дне которой среди фруктовых деревьев мелькали две фигурки в льняных одеждах, затем перевел взгляд вверх, где в безбрежном ярко-синем небе белели кучерявые облака, вдохнул постепенно нагревающийся воздух, в котором аромат степного разнотравья смешался с запахом речной растительности, и негромко произнес:
— Шестнадцатиэтажные небоскребы.
— Что? Извини, не понял.
— Да, Рус. Я с вами.
Струг еле заметно покачивался на тихой глади крошечной бухты, окаймленной двумя песчаными косами, кое-где поросшими травой и даже небольшими, наполовину высохшими кустами с кривыми ветками.
— Эх, плоховат из луба такелаж, — Андреич с недовольным видом ощупывал потемневшие от воды грубо сплетенные веревки, которые притягивали к бортам здоровенные связки камыша. — Но пока все держится.
— Может, еще камыша добавим, вдруг волнение усилится? — Денис не хотел казаться испуганным, но его голос выдавал тревогу.
— Не дрейфь, матрос. Мы от берега не отдаляемся. Если что, доберешься вплавь.
— Андреич, не шути так с парнем. А то он в лодку больше не сядет, — не отрываясь от массирования затекшей ноги, вставил Руслан.
— Ну здесь останется. А что? Великолепное место: чистейший песок, прекрасная экология, отличная рыбалка. Да за такой отдых отваливают кучу денег. А тут совершенно бесплатно.
— Если мы добавим камыша, то снизится скорость. Мы и так идем медленнее, чем могли бы, — объяснил Денису Руслан. — В сентябре начнутся штормы, к этому времени нам нужно быть у цели.
— Парень, наше судно — настоящее произведение инженерного искусства. На более примитивных посудинах дикие полинезийцы, не знавшие металлов, преодолевали безбрежные просторы Тихого океана. А их предки пересекли Индийский океан и заселили Мадагаскар.
— О, Андреича понесло, — Маша попробовала уху на соль.
— Вот вы говорите деньги, — вступил в разговор Вовка. — А правда, что за деньги можно было купить что угодно?
— За большие деньги да.
— А у вас много было денег?
— Очень! Я даже смог себе купить смартфон. Ха-ха-ха. Шутка. Нет, много денег у меня никогда не водилось.
— А почему? Вы не работали?
— Я был студентом, и подрабатывал писаниной.
— Рассказы писали?
— Статьи, для сайта.
— Вы в интернете работали? — загорелись глаза у Вовки.
— Ой, Вова, хватит смешить. Дураком я был. Чушь всякую писал. По молодости мозгов не доставало, поэтому меня хватало только на идиотские статейки для сайта «Русские, вперед!», за них платили копейки. Был я, Вова, нищим писакой-идиотом на подхвате у чуть менее нищих фанатиков-идиотов, — улыбка сошла с его лица.
— Давайте обедать, — Маша сняла большой медный котел с костра, а котелок поменьше, в котором уже почти закипела вода для чая, передвинула ближе к центру.
— Давайте, — Руслан достал свою деревянную тарелку. — Быстрее поедим, скорее поплывем дальше. Погода отличная. Надо пользоваться.
Солнце все ниже опускалось на западной стороне небосклона. Ветер утих настолько, что пришлось взяться за весла, чтобы направить струг к недалекому островку, за которым громоздилось скопление других кусков суши разной формы и размеров.
— Терек, — устало произнес Андреич. — В дельту далеко не углубляемся, комары съедят.
— Ночью дежурить будем? — спросил Денис.
— Нет, на островах нет ничего опасного. Если только змеи.
Мужчина перевел взгляд на Руслана:
— Ну что, Рус, сегодня уже танцуешь?
— Сплю.
— Тоже дело. Поедим и спать. Маша, что там с запасами?
— Один мешок уже пустой.
— За неделю. Нормально. Глеб, как причалим, проверьте мешки с едой. Чтоб все сухо было.
Ночью восточный ветер поднял на море приличную волну. Глеб с Вовкой, спавшие в струге, разбудили Руслана. Тот оценил обстановку и растолкал остальных. Волнение усиливалось. От греха подальше струг вытащили повыше на песок. Из-за набежавших туч было непонятно, когда же наступит рассвет. Закапал дождик. Сняли с мачты парус и кое-как устроили навес, под которым все и сгрудились, прижавшись друг к другу. Оставшиеся два мешка харчей поместили в центр, чтобы не замочило.
