Дариан ошибся – за недельку мой стресс никуда не делся. Может быть потому что это был вовсе не стресс, а что-то наподобие депрессии? Не знаю, что именно это было, но когда спустя неделю нам сказали, что к нам впервые принесут наших детей, чтобы я смогла впервые покормить их грудью, от моего стресса-депрессии не осталось и следа.
– Дариан, мы познакомимся с ними! Уже через пять минут! – радостно восклицала я, находясь в полусидячем положении в кровати и сжимая руку рядом сидящего Дариана.
– Да, здорово, – сосредоточенно произнёс он, и здесь я неожиданно поняла (буквально кожей почувствовала), что он напряжён и переживает куда сильнее меня.
– Как хорошо, что мы заранее придумали им имена, – улыбнулась я, едва уловимо сжав его руку, тем самым пытаясь хоть как-то снять с него напряжение.
– Да, очень красивые имена, – положительно кивнул головой Дариан.
– Милый, расслабься, ты всего лишь познакомишься со своими детьми.
– Я с ними уже знаком. Забыла? Я ведь был первым после доктора, кто взял их на руки.
– Точно, – сдвинула брови я. – Ты уже опытный, держал их, а я только и видела их со стороны…
– Ты бы видела, как смешно ты сейчас выглядишь! – вдруг засмеялся Дариан – его напряжение как рукой сняло. Но только на пять минут. Потом к нам принесли детей и на сей раз пришла очередь смеяться мне с того, как смешно Дариан выглядел, держа миниатюрные хрупкие свёрточки в своих больших сильных руках так, будто они в любой момент могли его сожрать. Как же он боясь передавал их в мои руки!.. Как же он вздрогнул, когда старшая из двух
Я даже подозревать не могла, что это останется со мной на всю жизнь и не угаснет, и не потускнеет ни-ког-да! Сила его любви ко мне ⇔ Сила моей любви к нему.
Когда ещё в первые дни моей беременности Дариан говорил мне о том, что я для него всегда буду важнее детей, он не преувеличивал и не преуменьшал. Ему действительно в первую очередь оказалась важна именно я и моё здоровье, а потом уже орущие копии его самого. Кстати, не такие уж они и орущие были, по крайней мере не чрезмерно, однако копиями Дариана они действительно заделались.
Ещё до того, как я родила, Дариан нашёл для наших детей кормилицу – ни для кого не было секретом, что у меня не хватит молока, чтобы выкармливать грудью одновременно четверых детей, хотя его и оказалось настолько много, что я без проблем была способна накормить до отказа сразу двух карапузов. Кормилице было тридцать лет, она была очень вежлива и эрудирована, имела научную степень по медицине, но, к сожалению, была матерью-одиночкой. У неё был десятилетний сын от первого брака, а в конце января она родила ещё одного мальчика от мужчины, который, узнав о её беременности, бросил её. Неудивительно, что эта женщина была на седьмом небе от счастья, когда ей предложили роль кормилицы – ей необходимы были деньги, а подобный заработок был из разряда “благородных”. Когда её представили нам с Дарианом и я одобрила её кандидатуру, она уже на следующий день пришла познакомиться с нашими детьми, а когда узнала, что мы собираемся платить за её услуги вместо оговоренных трёх тысяч долларов сразу пять тысяч в один месяц, она едва сдержалась, чтобы не обнять меня. В итоге мы с ней отлично поладили и в течении следующего года она здорово помогла нам с кормлением и даже присмотром за детьми. Мы же помогли ей с устройством её старшего сына в частную школу, которого приняли на бесплатной основе за счёт имени Дариана, а после её отстранения от наших детей мы помогли ей с яслями для её младшего сына, и устроили её секретарём в известную фармацевтическую фирму. В общем, мы действительно отлично поладили.
Помимо кормилицы-няни, являющейся к нам в поместье в девять утра вместе со своим ребёнком и уходящей около восьми часов вечера, в нашем доме на постоянной основе обитали мои родители. Дариан для них даже отдельную спальню оборудовал, так как они настолько неожиданно и рьяно активизировали свой “дедушко-бабушкин” инстинкт, что, казалось, не отходили от четверняшек ни на секунду. Во всяком случае по ночам нам с Дарианом почти не приходилось вставать с постели для того, чтобы покормить проснувшихся детей: мама сначала приносила мне одного ребёнка на кормление, а потом, уже забирая его, вручала второго, пока папа кормил двух других детей молоком, оставленным нам кормилицей. Затем наступало утро, я просыпалась выжатая, словно лимон, но обычно выспавшаяся.
Вообще благодаря заботе, которой меня окружили родные и близкие, и даже те люди, которых для моего удобства нанял Дариан, я почти не ощущала усталости от своего многодетного материнства. Только после кормления грудью я постоянно чувствовала себя истощённой, но это, по сравнению с тем, что могло бы быть, не будь у меня такого заботливого мужа, было совсем не страшно.
