Такой прямой и решительный ответ произвёл почти на всех присутствовавших на совещании ошеломляющее впечатление. Поступок Тимошенко, его смелый и честный ответ Сталину у меня, как и у многих, на долгое время остался в памяти». Захаров даёт такую характеристику бывшему командарму: «Я лично знал Подласа с 30-х годов. Он был командиром 27-й стрелковой дивизии БВО. Это был командир большой честности и высокой воинской дисциплины. В 1938 г. Подлас был осуждён на пять лет, но в 1940 г. по настоянию наркома Тимошенко освобождён и возвращён на службу в Красную Армию. Во время войны он командовал 57-й армией и героически погиб в боях на харьковском направлении в период Барвенковской операции 12–27 мая 1942 г.» (50).
Были также заслушаны объяснения Блюхера и члена Военного Совета ДК фронта Мазепова. После обмена мнениями ГВС признал, что боевые операции у озера Хасан явились всесторонней проверкой мобилизационной и боевой готовности всех войск ДК фронта. Но несколько дней боёв показали, что боевая подготовка войск, штабов и командно-начальствующего состава фронта оказалась на недопустимо низком уровне. Плохо был подготовлен к войне и сам театр военных действий: дороги, мосты, линии связи. Количество участвовавших в операциях войск, участие в боях авиации и танков давали войскам фронта такие преимущества, при которых их потери в боях могли бы быть намного меньше. На заседании были названы цифры: 408 убитых и 2807 раненых. Цифры были занижены по сравнению с реальными потерями, но и они произвели тягостное впечатление на всех присутствовавших, особенно если учесть, что японские войска не применяли авиации и не имели танков.
В постановлении ГВС отмечалось, что «…основная задача, поставленная Правительством и ГВС войскам ДК фронта — обеспечить на Дальнем Востоке полную и постоянную мобилизационную и боевую готовность войск фронта, — оказалась невыполненной» (51). Виновных нашли сразу же. Ими оказались командиры, комиссары и начальники всех степеней фронта, а в первую очередь командующий фронтом Блюхер. Его обвинили во всех смертных грехах: «Вместо того, чтобы честно отдать все свои силы делу ликвидации вредительства в боевой подготовке ДК фронта и правдиво информировать Наркома и ГВС о недочётах в жизни войск фронта — т. Блюхер систематически, из года в год, прикрывал свою заведомо плохую работу и бездеятельность донесениями об успехах своей работы, росте боевой подготовки фронта и общем благополучном его состоянии. В том же духе им был сделан многочасовой доклад на заседании ГВС, в котором он скрыл истинное состояние войск ДК фронта и утверждал, что войска фронта хорошо подготовлены и во всех отношениях боеспособны» (52). Этим решением была перечёркнута вся многолетняя деятельность маршала по усилению войск и укреплению обороны Дальнего Востока в первой половине 30-х и поставлен крест на его дальнейшей карьере. После постановления ГВС был издан знаменитый приказ наркома от 4 сентября. С грифом «Сов. секретно. Особой важности.» он предназначался для ознакомления высшего командного состава РККА и был посвящён анализу хасанских событий.
Неподготовленность, неразбериха, командиры частей не знали, где взять вооружение, боеприпасы и боевое имущество. Некоторые артиллерийские батареи оказались на фронте без боеприпасов. Пулемётчики не получали запасных стволов, бойцы получали непристрелянные винтовки, а многие бойцы, даже одно из стрелковых подразделений 32-й дивизии, прибыли на фронт вовсе без винтовок. Оценка действий родов войск также была отрицательной. В приказе отмечалось, что: «все рода войск, в особенности пехота обнаружили неумение действовать на поле боя, маневрировать, сочетать движение и огонь, применяться к местности, что в данной обстановке, как и вообще в условиях Дальнего Востока, изобилующего горами и сопками, является азбукой боевой и тактической выучки войск. Танковые части были использованы неумело, вследствие чего понесли большие потери в материальной части» (53).
Составители приказа, дав негативную оценку действий войск, тут же нашли и виновных. Ими оказались командиры, комиссары и начальники всех степеней ДК фронта в первую очередь командующий маршал Блюхер. Карьера Блюхера и его судьба были предрешены ещё в ходе боёв, когда из Москвы на него спустили двух «цепных псов» Фриновского и Мехлиса, дав им приказ «разобраться с Блюхером». Так что на заседании ГВС и в итоговом приказе его просто добили.
