— Ну и не вспоминай, извини, что напомнил, — Генри изобразил огорчение, довольно правдоподобно. — Инженеры клянутся, что следующая скважина заработает через полгода. Большие танкеры, как я понял, готовы ещё не будут, так что на мою долю нужно будет еще десяток этих маленьких, и я надеюсь их получить. Ладно, пойдем посмотрим, что там Сэм делает…
Крылов приехал к Берёзину не совсем спонтанно, с Алексеем Николаевичем у него Сергея возникли уже прочные производственные связи. Хотя и странные: сам "генерал от математики" с моими судостроителями напрямую не общался, но курировал от военмора строящийся заводик в Чухломе. Откровенно говоря, он на словах всячески издевался над моим стремлением "спрятать стратегические заводы от иностранных глаз", но на должности своей он идею поддерживал, уговорив нескольких очень толковых военные инженеров сменить Петербург на этот заштатный городишко. А инженеры были очень нужны, так как завод должен был выпускать навигационные приборы для кораблей: мне было просто жалко отдавать весьма немаленькие суммы за такие устройства англичанам. Да и паршивые британские были — по словам того же Крылова.
Я в приборах этих не разбирался совсем, но о том, как один царский генерал стал потом Героем Соцтруда — помнил. А Сталин звёздами Героев не разбрасывался — так что верить Алексею Николаевичу было можно и даже нужно. И хорошо, что будущий (ну, может не в этой реальности) академик поверил мне… хотя, скорее, он поверил в три с половиной миллиона рублей, выделенных на строительство этого завода.
Но мне он и в другом поверил: в конце концов от согласился с моим (несколько все же удивившем его) предложением вообще не заказывать "войсковые транспорты":
— Ну подумайте сами, Алексей Николаевич, ведь если не приведи Господь война начнется, весь гражданский флот и так перейдет под управление Военмора. Без войны — так проще зафрахтовать нужное количество кораблей, по крайней мере не потребуется их содержать когда они не нужны.
— А если что-то понадобится срочно перевезти? Флоту нужны свои транспорты!
— Срочно перевезти на десяти узлах? Быстрее будет подождать неделю-другую, пока в порту не окажется транспорт с турбиной и отправить груз с ним. И я вам вот что сказать должен: то, что Военмор получил денег вдвое против прошлых лет от Игнатьева — это мираж.
— Какой мираж? Деньги-то уже выделены…
— Дума выбрала премьером Родзянко. А он, как и все новое правительство, ещё не сообразили, что утроить бюджет Игнатьев смог продажей земли. Но земля-то свободная почти закончилась — и на следующий год в казне денег снова не будет. А эта братия уже привыкла у казны кормиться, затем Михаила Владимировича и назначили. Месяца не пройдет, как отберут эти денежки у Военмора…
— Я не уверен…
— Давайте так договоримся: если я не прав, то в конце ноября я возьмусь за строительство транспортов. Но всё равно я останусь при своем мнении: это будут выброшенные деньги.
— Это меня устраивает, потому как транспорты в бюджет шестого года поставлены. Я к Вам в январе приеду… если не передумаю. Мне Ваша мысль все ещё не нравится, но уж что-то, а деньги вы считать точно умеете.
Разбежались мы пятнадцатого сентября: Генри убыл обратно в свою Америку, Марк Твен принял наше (честно говоря, Камиллино) предложение с месяц потратить на поездку по моим городам, Крылов отбыл в Петербург…
Семнадцатого мы вернулись домой. Сэма Клеменса приятно удивил рабочий городок, разительно отличающийся как от Царицына (что естественно и понятно), так и от любого американского промышленного центра (трущобы — они и есть трущобы, что в Москве с Петербургом, что в Чикаго с Филадельфией). Памятник дедам его привел в восторг — и добавил изрядную толику уважения ко мне. За обедом он с удовольствием сообщил, что очень рад случаю посмотреть "новую Россию", где столько удивительного…
Я же удивился, узнав о приезде двух всегда желанных, но очень неожиданных гостей. Евгения Алексеевича Линорова и Вячеслава Константиновича фон Плеве.
Жизнь у Дарьи Федоровны, по ее собственному мнению, удалась. Были, конечно, в ней и отдельные неприятности, в результате которых из всей родни один лишь Димка и остался, но Димка тоже человеком стал немаленьким, и даже успел ребёночка родить… Но, хотя и очень приятно знать, что у родственника все хорошо, не менее приятно, когда и у самой все не хуже.
Очень удачно получилось, что племянник позвал её тогда в услужение Александру Владимирычу. Дел — немного, да и сами дела все более радостные. Готовить Дарья всегда любила, а тут можно было готовить вообще всё что душе угодно. По чести, никогда раньше она и не слыхала, чтобы хозяева кухарке не указывали, что и когда печь… да и не кухарка Дарья вовсе, ее Саша "домоправительницей" кличет. И относится, как к родной — впрочем, вся эта семейка так же к ней относилась.
