Не принесло девушке успокоения и сообщение полицейского расследователя о том, что убиенный ею грабитель бежал с каторги, на которую попал за несколько убийств — но когда Евгений Алексеевич рассказал о злодеяниях татя поподробнее, мысль о том, что после такого и жить не стоит, постепенно угасла.
Впрочем, хотя рассказывать о случившемся не хотелось, но придётся. И по дороге от вокзала до указанного ей дома Лиза пыталась вспомнить все детали того неудачного вечера — внутренне наполняясь негодованием и неприязнью к человеку, желающего — очевидно из какого-то садистского удовольствия — посмаковать неприятные подробности…
Но, войдя в кабинет, Лиза изрядно удивилась: вместо ожидаемого "почтенного папаши" подруги за столом сидел очень даже нестарый — а скорее и вовсе молодой — человек.
— Меня ждет господин Волков, — неуверенно произнесла она, подумав, что нарвалась на секретаря или помощника владельца.
— Вы Лиза? — поинтересовался молодой человек, которому самому впору быть студентом, — Александр Волков — это я и есть. Присаживайтесь…
Но еще больше Лиза удивилась, когда Машин отец начал разговор о произошедшем. Нет, не так — она очень удивилась потом, когда разговор уже закончился и она снова начала прокручивать его в голове:
— Я слышал, что у вас произошла техническая поломка. К сожалению, качество продукции и в Европе не всегда на высоте… Но меня в связи с этим очень интересует один вопрос: сколько времени продолжалась стрельба по вашему мнению?
— Сколько времени?
— Да, я прошу Вас подойти к событию как инженер-исследователь. Вот вы нажали на курок и…
Вспоминая этот разговор, Лиза действительно поразилась: Машин отец действительно гений. Только гений в состоянии не только сам абстрагироваться от неважных деталей, но и заставить забыть о них других людей. А еще ведь он ухватил самую суть случайно возникшего процесса и буквально на лету, как бы играя, извлек из конструктивного недостатка новое изобретение. Мысли Лизы теперь сосредоточились именно на предложенной Волковым-старшим конструкции. Надо, конечно, ещё многое пересчитать аккуратно, даже провести некоторые исследования…
— И сделать это нужно обязательно в срок! — тихонько продекламировала Елизавета Афанасьевна, адресуя свою речь пустому коридору.
И пока Лиза дошла до двери, неудавшийся грабитель в её воспоминаниях успел превратиться в неопрятную лохматую тушку на обочине дороги — а вскоре и вовсе был вытеснен из ее мыслей строгими формулами предстоящих расчетов.
То, что "дочь наша" вышла замуж, было делом совершенно естественным, и даже, скорее, с нетерпением ожидаемым — правда нетерпеливо ожидала этого только Камилла. Она-то знала, что чувствует девушка в двадцать два года, которую никто замуж не берёт — а сама Машка вроде как и не расстраивалась особо. Но когда получила предложение руки и сердца — долго не раздумывала.
На самом деле она таких предложений получала по дюжине в неделю последние лет пять. В Царицыне и Саратове наверное не осталось ни одного холостого человека, кто не попытался бы к Машке посвататься. Что было понятным: девушка, тратящая на свои инженерные забавы миллионы в год, априори обладает невероятной красотой и привлекательностью для юных (и не очень) бездельников. Но ей повезло встретить молодого человека, который не знал, кто такая Мария Волкова (Линоров проверил — действительно не знал). Теперь её следовало бы называть Мария Новикова — однако ещё раз менять фамилию Машка отказалась.
А вот зятек мне попался очень интересный. Дочь наша встретила его на Воробьевых горах, по каким-то своим делам посетив новый Институт прикладной химии Московского университета. Нужного ей преподавателя пришлось подождать в коридоре — у того лекция только началась. И в коридоре, причем вызывающе сидящей на подоконнике, её и увидел новый преподаватель Андрей Николаевич. Выговор сделал — мол, негоже девушкам на подоконниках сидеть…
Маша в ответ пожаловалась на полное отсутствие всякого присутствия каких-либо изделий табуреточно-диванной промышленности в коридоре, свою горькую судьбинушку, вынуждающую ее полчаса ждать, пока не освободится профессор. Далее она продолжила ожидание в преподавательской, за чашкой чая — ну а затем уже у Новикова внезапно появилась куча дел в Технилище.
Нет, Машка вообще молодец! В институт она поступила под девичьей фамилией, и студенты в Маше Векшиной не узнали владельцу всемирно известной парижской компании "Кристалл Верре" и всероссийскую благотворительницу. Одевалась она довольно скромно (тут больше сказывалась привычка к удобной рабочей одежде), жила на квартире, снимаемой с тремя сокурсницами…
