Вот отрывок из отчетного доклада МГК ВКП(б) от 7 мая 1937 года: «Агенты врагов народа просочились на районные и даже городскую конференции. Я фамилии покамест называть не буду, и вы меня не заставите. У нас бывает до известного времени так, что надо молчать, держать язык за зубами, а когда нужно будет, мы не постесняемся, мы скажем… Надо помнить слова товарища Сталина, что мы находимся в капиталистическом окружении, что враги-капиталисты будут посылать нам своих агентов, будут все делать для того, чтобы подорвать силы социализма».
Линия на очищение московской партийной организации от «вражеского охвостья» еще решительнее стала осуществляться Хрущевым после конференции. 14 августа на пленуме МГК ВКП(б) он сформулировал свою позицию кратко и жестоко: «Надо уничтожить этих негодяев. Уничтожая одного, двух, десяток, мы делаем дело миллионов. Потому надо, чтобы не дрогнула рука, нужно переступить через трупы врага на благо народа».
И переступал.
За что в феврале 1938-го становится первым секретарем ЦК Компартии Украины, а через год — членом Политбюро ЦК ВКП(б).
При выезде на работу на Украину Хрущев взял с собой в качестве главы НКВД некоего Успенского. В 1938 году Успенский провел на Украине такие репрессии, в результате которых более сотни человек из членов старого состава ЦК КПУ были арестованы и только троих оставили в покое.
По прибытии в Киев Успенский вызвал к себе сотрудников аппарата и заявил, что не допустит в работе либерализма и мягкотелости, а также длительных рас-суждений, как в синагоге. Несогласных с ним попросил написать заявления об увольнении.
Успенский вместе с Хрущевым несет ответственность за массовые пытки и репрессии: Хрущев один из членов Политбюро, вместе с Успенским участвовал в допросах арестованных.
На пост первого секретаря МК и МГК ВКП(б) он вместо себя рекомендует А. И. Угарова, до того работавшего секретарем Ленинградского горкома партии. На пленуме, где утверждалась кандидатура выдвиженца, Хрущев проникновенно говорил: «Такого соседа мы чувствовали всегда, выходец в некоторой степени из московской организации, так сказать, он к своим родственникам возвращается». И предложил «дружно проголосовать за кандидатуру преемника».
Не прошло и девяти месяцев, и 2 ноября 1938 года состоялся внеочередной объединенный пленум МК и МГК, который стал разбирать «ошибки руководства московской организации ВКП(б)». С докладом на нем выступил тот же Хрущев, вызванный Сталиным из Киева. И докладчик охарактеризовал Угарова старым врагом, завербованным троцкистами и правыми, проводившими вражескую работу в Ленинграде и Москве.
Таков первый период деятельности «дорогого Никиты Сергеевича»; второй начался спустя одиннадцать лет, когда Хрущев вновь возглавит московскую партийную организацию, оставаясь одновременно и секретарем ЦК ВКП(б), сменив на этом посту Г. М. Попова.
Говоря о деятельности Хрущева на посту руководителя московских большевиков в 1949–1952 годах, нельзя не отметить его огромного вклада в развитие городского хозяйства столицы и особенно в жилищное строительство. В сельском же хозяйстве результаты его деятельности оказались более чем скромными и даже принесли ему серьезные неприятности. Так, определив новые хозяйственные центры в 1127 объединенных колхозах, он в 1950 году узнал, что рассмотрены и утверждены правлениями были лишь 318, общими собраниями колхозников 234, а исполкомами райсоветов всего 260. Но в большинстве этих колхозов в течение полугода не проводилось ни одного собрания колхозников, не говоря уже о беседах и лекциях.
В апреле 1950 года МК был вынужден провести совещание по вопросу улучшения руководства сельским хозяйством. Но после отчетного доклада секретаря МК ВКП(б) выяснилось, что в прениях записалось всего два человека. То есть на деле выходило, что сельчане к проведению укрупнения не готовы. И 4 марта 1951 года в газетах «Правда» и «Московская правда» была опубликована его статья «О строительстве и благоустройствах в колхозах», которая произвела двойственное впечатление: с одной стороны, она проникнута искренней заботой о нуждах сельских тружеников, стремлением ликвидировать отставание социального развития села, приближением условий труда и жизни колхозников к городским. А с другой — чувствовалось явное забегание автора перед обстоятельствами, игнорирование им реальных возможностей народного хозяйства тех лет и психологии деревенского жителя.
Одним из важных вопросов Хрущев считал сселение мелких деревень, строительство новых, укрупненных сел и поселков.
Реакция не заставила себя ждать. 23 апреля 1951 года пленум МК партии обсудил закрытое письмо ЦК ВКП(б) «О задачах колхозного строительства в связи с укрупнением мелких колхозов». Сталин при составлении этого письма сказал: «Хрущев болен манией вечных реорганизаций, и за ним следует внимательно следить».
Генеральный оказался глубоко прав.
