На том и порешили. Гном с Димкой рванули за экипировкой, мы же с Русликом бесшумно поднялись на наш наблюдательный пункт, расположившись у слухового окна. Вся хата Сизого в бинокль оказалась как на ладони, за исключением дальней комнаты, окна которой выходили на противоположную сторону дома. Люстр видно не было, да и свет лился довольно равномерно по всем комнатам, из чего можно было заключить, что жилище подверглось модному ныне евроремонту, в соответствии с которым было оборудовано подвесными потолками со встроенными в них светильниками. Глядя слегка сверху-вниз, разглядеть потолок оказалось просто невозможным. Веселье было в полном разгаре, посреди комнаты расположился стол, уставленный выпивкой и закуской, вокруг которого восседали четверо, регулярно дымя сигаретами, периодически поднимаясь и пытаясь изображать что-то типа танцев. Музыка из колонок располагавшегося на стенной полке центра, кажется, «Gold Star», доносилась даже до нас, несмотря на приблизительно сорокаметровую дистанцию, а каково же соседям-то? Несколько раз в квартире, расположенной под жилищем нашего клиента, загорался свет, но потом снова гас. И, похоже, ее обитатели не выдержали. Приблизительно чуть меньше, чем через час после того, как мы поднялись на чердак, к подъезду Сизого подкатил милицейский УАЗик, вышедшие из которого офицер и два сержанта направились в подъезд. Похоже, ГНР[7] пожаловала…
Через окна подъезда было видно, как милиционеры поднялись сперва на четвертый этаж, там, видимо, пообщались с жильцами, после чего проследовали к бандитской хате. Звонок в дверь, похоже, из-за шума услышали не сразу. Только спустя минут пять Сизый поднялся и зашуршал в коридор. Спустя некоторое время в поле зрения появились три фигуры в голубых форменных рубашках с короткими рукавами.
— Только бы не замели гадов, — негромко посетовал я, — такого удачного момента потом долго не будет.
— Не переживай, — так же тихо ответил Руслан, — они же пока ничего не натворили. Всего-навсего административка. Думаешь, у ментов есть желание бумажки оформлять? У соседей они были-то всего ничего. За это время написать точно ничего не успели. Наверняка торопятся на боковую, так что ограничатся разговорами. Вот если второй раз прикатят, тогда точно увезут. Ты себя вспомни в райотделе. Что, очень хотелось среди ночи на таких вот бакланов кататься, когда посылали?
— Да как-то не особо, — согласился я.
— Ну, так и есть. Смотри, уже уходят. Наверняка, блин, Сизый про свой день рождения пропел да хрустящими бумажками это дело простимулировал. Так что обошлось.
И действительно, музыка значительно поутихла, наряд направился к выходу с чувством выполненного долга. На прощание офицер что-то сказал Сизому, видать, пообещал кары небесные в случае повторного выезда, тот согласно кивнул. Взревев изношенным двигателем, УАЗ покинул двор, и воцарилась тишина.
Все окна в доме, кроме жилья Сизого, были черными. Да и там, судя по всему, былого веселья уже не наблюдалось. Стол сдвинули к стене. Кривые, как турецкие сабли, обитатели квартиры, сильно пошатываясь и натыкаясь на мебель, пытались изображать медленные танцы. При этом кавалеры в полный рост облапывали дам, то задирая им короткие юбчонки, то пытаясь расстегнуть кофточки. Те, в свою очередь, с притворным смехом делали вид, что возмущаются, и для вида якобы сопротивлялись, безуспешно пытаясь убрать сильные мужские руки с облюбованных ими мест.
В конечном итоге, как можно догадаться, сорочки и юбки улетели в сторону, оставив женскую часть компании только в практически ничего не скрывающих полосках ткани, именуемых плавками. Лифчиков, естественно, и в помине не было. Обнажаемые фемины не остались в долгу, точно так же раздевая ухажеров. Разумеется, все это сопровождалось дальнейшим употреблением далеко не сока и минеральной воды.
— Когда они наконец угомонятся-то? — нарушил молчание Руслан. — Скоро уже Гном с Пулей появятся.
— По идее, — отозвался я, — где-то вот-вот должны отрубиться. Выжрали-то дай боже. Таким количеством слона свалить можно. Нам работать проще будет.
— Согласен… Ну, кажется, к развязке дело идет.
Точно! Прочь полетела и последняя остававшаяся на блондинках материя, с головой выдав, что одна из этих самых блондинок, мягко говоря, не натуральная. Приятель Сизого, долго не раздумывая, тут же развернул ту, которая не пыталась скрыть цвет своих волос, к себе спиной и навалил голой грудью на стол, прямо в стоящие на нем тарелки, для немедленного нехитрого употребления. Не закуски, естественно. Но нарвался при этом на нешуточное сопротивление, взбешенный которым, что-то крикнув, он развернул девчонку лицом к себе и влепил ей чувствительную затрещину, отчего та, не удержавшись на ногах, полетела на пол. Схватив ее за руку, здоровяк поднял и вновь потащил подругу обратно, явно намереваясь продолжить начатое. Всячески извиваясь, девушка вырвалась и бросилась к своей сумке, достав из нее яркую упаковку.
