— Нечего тебе куда-то кататься, — подумав, решил Удалой, — Гном и один слетает, невелика премудрость — замок выбрать. А ты здесь оставайся. Еще посмотри, где и что могли подкинуть. Ты здесь живешь, тебе и лучше знать все укромные места. Я вниз — руководство с фэйсами встречать. Прежде чем поднимутся, в курс дела ввести требуется. Да и группу ориентировать, что и как делать, будет нелишним.
— Есть!.. — Удальцов ушел, следом за ним удалился Ерофеев.
— Ну, рассказывай, что придумал? — спросил я, когда мы остались одни. — При чем тут прокуратура и Марков?
— Насколько я понял, — начал Гном, — Сорокин нисколько не будет возмущаться, если место прокурора станет вакантным. Заместитель-то первый кандидат на него, если только никого своего не решат поставить.
— А мы тут при чем? — поинтересовался я, начиная уже догадываться, к чему клонит друг.
— Ты тупишь или прикидываешься? — подосадовал Сергей на мою непонятливость. — Свалить Артура Ашотовича мы можем и подмогнуть. Да не просто свалить, а упечь туда, куда Макар телят не гонял. Песец Подосенову пришел! А этим не грех и воспользоваться. Димка сейчас уже подъехать должен с копией той самой кассеты. Сечешь, к чему я клоню?
— Да уж не дурак! Хочешь показать, что он прокурора в кулаке держал? Заодно и Парфенова подставить? Тогда на виду держать нельзя, слишком подозрительно. Куда-то заныкать стоит. В сейф однозначно не получится, а куда?
— С этим придумаем. Другой вопрос, захочет ли Марков нам помочь? Что скажешь?
— Даже не знаю, разговаривать надо, — засомневался я. — Подосена он не любит, но пойдет ли из-за этого на такое дело? Да и как в кабинет к нему попадет?
— Для этого ты и нужен. Хоть ты нас и свел, но беседовать на эту тему Владимир Михайлович с нами точно не станет. Попробуем?
— Хуже не будет. Только в прокуратуре никому из нас появляться нельзя. Я секретаршу имел удовольствие видеть, сдаст Погосяну влегкую. Позвонить ему, может? Вызвать на улицу? Там и поговоришь…
— Давай! — согласился Сергей. — У меня-то его телефона нет.
— Тогда давай свою мобилу. Моя в почтовом ящике, потом достану, когда народ рассосется…
К нашему счастью, Марков оказался на месте. Разговор с ним из самой дальней комнаты занял всего-то около минуты. За это время нас никто не побеспокоил.
— Владимир Михайлович?.. Узнали?.. Говорить удобно?..
— Узнал, говори.
— Я, по известной причине, не могу сейчас подойти. Но хотел бы поблагодарить вас за все, что вы для меня лично сделали. Не будете возражать, если к вам подойдут мои товарищи, которых вы знаете?
— А с какой целью, позвольте полюбопытствовать? Благодарность я и по телефону могу выслушать.
— В наши руки совершенно случайно попала одна очень интересная и поучительная штука, — начал я издалека, стараясь не вдаваться в конкретику. Не понравилось, что Марков разговаривал так, будто рядом с ним кто-то трется. — Вот я и подумал, что она может сослужить хорошую службу хорошим людям, думающим в первую очередь о деле, а не о собственной выгоде. Думаю, увидев ее, сами убедитесь в том, что она может послужить причиной очень неприятных последствий для некоторых людей, а для других же, напротив, последствия могут быть самыми благоприятными.
— Предложение, конечно, интересное, но, знаете ли, я люблю в обеденный перерыв воздухом подышать. И привычкам своим стараюсь без особой нужды не изменять. Помните, как-то раз встречались во время такой прогулки? Так что ваши друзья меня могут просто не застать на месте. Вынужден отклонить предложение.
В трубке послышались короткие гудки. Гном, который чуть не бодал меня, вслушиваясь в ответы Маркова, только зло матюкнулся, отстранившись.
— Блин! …твою мать! И как сейчас нам в кабинет Подосенова попасть? Я о Маркове был лучшего мнения.
— Не кипятись! — ответил я. — Ты ничего не понял, что ли? Не может он открыто говорить. Не знаю уж почему. Может, кто-то рядом торчит, а может боится, что телефон прослушивают. Я ничему не удивлюсь. Он же почти открытым текстом сообщил, что ждет, — я глянул на часы, — через пятнадцать минут в том дворе, где с ним утром разговаривали.
— С чего ты взял? — удивился Сергей.
— Да с того самого, — пояснил я, — ни малейшего понятия не имею о том, что он любит в обед дышать воздухом, а тем более, никогда не встречал его во время таких прогулок. Единственная встреча вне стен прокуратуры, если не считать беседу перед моим допросом в прошлый раз, была сегодня утром. А где она состоялась — сам знаешь. Обед же в прокуратуре как раз через пятнадцать минут начинается. Так что шуруйте с Пулей в тот двор и ждите. Только потом и в самом деле замок купить не забудь.
