Незаметно пролетел август, начался сентябрь. За это время меня и друзей не один раз вызывали на допросы и очные ставки в следственную часть областной прокуратуры, где занимала несколько кабинетов московская бригада, выселив из них хозяев. Подосенов, Погосян и областной прокурорский следак Парфенов, которого, как оказалось, в тот же день тоже украсили далеко не золотыми браслетами, добросовестно парятся в следственном изоляторе. Уголовное дело об убийстве моей семьи соединили с делом о коррупции.
Казалось бы, справедливость восторжествовала. Виновные получат по заслугам. Но на душе по-прежнему тяжело. Я не обольщаюсь: ворон ворону глаз не выклюет. На нары отправятся только «шестерки», которые ни за что не сдадут своих покровителей. Иначе чем объяснить то, что отстраненный от должности по причине «отсутствия контроля над подчиненными», но до сих пор не уволенный областной прокурор пока еще неофициально, но это лишь дело времени, работает начальником юридического отдела коммерческого банка «Коммерсант», фактически принадлежащего Буряту. Несложно догадаться, какие вопросы решает этот, с позволения сказать, главный юрист, не растерявший своих прежних связей.
Мы же, пока Фемида не сказала своего веского слова, свою подпольную деятельность приостановили, дожидаясь конкретных результатов, не прекращая, тем не менее, собирать информацию о противнике. Надеяться на эту капризную даму особо не приходится, ибо наша богиня коренным образом отличается от оригинала, особенно если судить по ее статуе на фронтоне областного суда. Там она к беспристрастности явно не стремится — повязка на глазах отсутствует напрочь. Да и карать злодеев ей абсолютно нечем. Не книгой же, на которую опирается, по голове их будет лупить в воспитательных целях? Может статься и так, что получат отличившиеся мóлодцы условный срок да и займут теплые места в коммерческих структурах по примеру своего начальника. Этим и ограничится. Чекисты чекистами, но на приговор суда даже они повлиять не в состоянии.
В скором времени произошли события, полностью подтвердившие наши предположения. В одно далеко не прекрасное утро, а точнее, во время обеда, Руслан поинтересовался:
— Не слышали еще новость?
— Какую это? — возник у меня закономерный вопрос.
— Погосян в камере повесился, — просветил нас опер.
— Ага! — по обыкновению прокомментировал Димка. — Не вынес мук совести! А там все чисто?
— Да хрен его знает? — пожал плечами Руслан. — Внешне вроде бы не подкопаться. Но я с сизошными операми переговорил — странностей до фига… На тюремном вафельном полотенце повеситься — это умудриться надо.
— Значит, зачистка пошла полным ходом, — подытожил Сергей. — Не удивлюсь, если следующим совестливым станет Парфенов. Больше пока некому.
— А почему не Подосен? — поинтересовался Пуля.
— А кому он на хрен нужен? — пояснил я. — Команды эта гнида получала от прокурора, ни с кем больше непосредственно не связан. Значит, так ему и оставаться мальчиком для битья. Парфен же как раз подходящая кандидатура. Этот до фига кого может сдать…
— Похоже, пора Бурята мочить, — высказал предложение Гном. — Кроме него, дать команду валить Артура Ашотовича было некому.
— Согласен, — присоединился опер. — Что-то мне подсказывает, Погосяном рулил прокурор области. Были уже такие предположения. А сейчас все ложится один к одному. Не зря же он под крылышко к Буряту подвалился? Если и Парфен загнется — все ниточки обрубятся.
— Не думаю, что это будет сразу, — высказался я, — два «парашютиста»[13] за короткий срок — это перебор. Тогда все СИЗО перевернут. Столько голов полетит.
— А кто тебе сказал, что следак тоже повесится? — утешил Сергей. — Он с таким же успехом чаем захлебнется или баландой подавится. И все будет шито-крыто. Так что придется поторапливаться, пока в тюрьму очередная малява не поступила. Скорее всего, Погосян что-то не то ляпнул на допросе, вот «совесть и заела». А Парфен пока ничего вякнуть не успел, поэтому и не стал первым, но зажмурится в конечном итоге однозначно.
— Ну да! — согласился Руслан. — Первое время фэйсы возьмут СИЗО под плотный контроль. Может даже в ИВС этих двух клоунов переведут на какой-то период, и даже на одиночку договорятся. Дней на десять, а потом все равно будут вынуждены вернуть обратно.
— Почему именно на десять дней? — поинтересовался Димка.
— А потому, — ответил я, — что зэку через десять дней помывку должны в обязательном порядке предоставить, поэтому на больший период перевести и не смогут. В ИВС[14] для этого условий нет.
— Вот тебе и еще один вариант, — подхватил Гном, — поскользнется во время мытья на обмылке и поминай, как звали. Что у нас по Буряту имеется?
— Официально — ни хрена, — пояснил Руслан. — Да и арестом проблему не решить. Эта падла и из тюрьмы с таким же успехом руководить будет. Был уже случай, когда жулик из СИЗО звонил по сотовому куда ему только заблагорассудится, в любое время. Адвокат пронес. Их-то никто не досматривает — как же, права человека нарушаются … мать их за ногу!
