- Ну, у меня возник страх, словно я что-то делаю не так, а мне не хочется ошибиться.
Эбигейл улыбнулась. По-настоящему. Веселые чертики заплясали в глазах, тем самым разгорячив его еще сильнее. Облизнув губы, Эбигейл приподнялась, чтобы он смог снять штаны.
- Обещаю, все будет хорошо.
Возможно, но штаны были явно другого мнения. По правде говоря, Эбигейл ударила Джесса локтем в глаз, когда тот попытался сманеврировать.
Зажав руками рот, Эбби задохнулась от ужаса.
- О Боже, ты в порядке?
Потирая глаз, Джесс думал только о том, что когда доберется домой, порежет Оруженосца на лоскутки.
- Энди нужна машина побольше.
«Проклятие. Почему мне должно быть больно именно в этот момент?»
Она снова рассмеялась.
- Ах ты, бедный малыш.
Она наклонилась и поцеловала глаз, заставляя боль отступить.
Опираясь на пассажирское сидение, Эбигейл стащила штаны и начала снимать с себя все остальное. Его взору предстали длинные, стройные ноги, которые хотелось облизывать и целовать. Но он не мог этого сделать в чертовски крохотной машинке.
«Подожгу эту долбанную тачку, когда доберусь домой...»
Эбигейл замешкалась на резинке черных трусиков. Это сталодля него настоящей пыткой.
- Ты передумала?
«Пожалуйста, не меняй своего решения».
Это будет очень жестоко, и Джесс не был уверен, что переживет отказ. Не после того, как они зашли так далеко.
Покачав головой, Эбби спустила трусики вниз по ногам. Медленно. Соблазнительно.
«Проклятие…»
Увидев обнаженную Эбигейл, Джесс подумал, что умрет. Она неотразима. И он так болезненно тверд, что готов вот-вот взорвется. Джесс едва соображал, когда Эбби вернулась в кресло, оседлав его, словно хотела его столь же страстно, как и он ее.
«О да...»
Он мог без сожалений сейчас умереть. Именно этого жаждал.
Встав на колени, Эбигейл потянула его рубашку.
Джесс охотно позволил себя раздеть. Он так же отчаянно желал почувствовать ее кожу. Никогда в своей жизни он не видел ничего более горячего и не чувствовал ничего более сексуального, чем ее грудь, прижатая к его плоти. Джесс провел рукой по волосам, пока шелковистые локоны не разметались вокруг, и вдохнул нежнейший аромат.
Хотя все эти годы он был далек от целомудрия, никогда прежде не спал с женщиной, которая бы все о нем знала. Из-за Барта его заклеймили преступником в тринадцатилетнем возрасте. К тому времени, как он познал женщину, Сандаун твердо знал, что не должен позволять ей раскрыть его настоящую личность. Или узнать о нем хоть что-то, ведь женщина могла продать информацию тому, кто мечтал его застрелить.
Позже став Темным Охотником, Джессу категорически запретили говорить кому-либо об их существовании. Он вынужден был скрывать клыки и свой возраст.
Все.
Только Эбигейл знали правду о нем. Сделав этот момент еще слаще. Не было страха ошибиться, позволив ее языку задеть клыки. Не нужно проявлять осторожность, покусывая кожу, опасаясь, что она заметит большие зубы.
На этот раз он мог оставаться сами собой, и это дарило невероятные ощущения.
Джесс провел языком по ее груди, наслаждаясь сморщенным и затвердевшим соском. Кожа пахла самым сладким из вообразимых нектаров. И ощущение ее рук в его волосах...
Если он умрет сегодня вечером, это будет того стоить.
Она будет стоить.
Внезапно Эбби тихо захихикала. Такой нехарактерный звук удивил его.
- Над чем ты смеешься?
Ее лицо стало пунцово-красным.
- Это слишком отвратительно, чтобы говорить вслух.
Да, ни один мужчина при данных обстоятельствах не хотел бы услышать такое.
«Что я сделал?»
- Теперь, дорогая, ты не можешь оставить меня в подвешенном состоянии. Я должен знать.
«Пожалуйста, не смейся надо мной».
Она прикусила губу, глядя на него с таким игривым и очаровательным выражением лица, что всё тело трепетало.
- Я подумала о фразе: «Пожалейте лошадь, оседлайте ковбоя».
Джесс расхохотался.
- Ну, детка, ты можешь прокатиться на мне в любое время, когда пожелаешь. – Он напустил серьезный вид. – Я здесь для тебя.
Сморщив носик, Эбигейл толкнула Джесса обратно в кресло.
«Проклятие! Эбигейл Янгер – самая красивая девушка в мире».
Джесс скользнул рукой по ее бедру, пока не нашел то, что искал.
Теплоту и влагу.
У Эбби вырвался глубокий стон, когда он слегка приласкал ее.
Эбигейл не могла дышать, когда пальцы Джесса оказались глубоко внутри. О да, именно этого она отчаянно желала. Тело запылало в ответ на ласку. Целуя Джесса, Эбигейл поднялась, позволив войти в нее.
Она резко вдохнула, когда ощутила твердость и полноту внутри.
Это... это рай.
Сердце бешено колотилось, когда она медленно и нежно двигалась на нем, смакуя каждый дюйм. Склонив голову к шее, Эбби провела рукой по мускулистой груди Джесса. Множество шрамов уродовали кожу. Большая часть походила на ножевые ранения или словно кожу рвала колючая проволока. Но очевидно, некоторые были оставлены огнестрельным оружием.
Гнев обуял ее за то, что кто-то посмел причинить ему боль.
Пока она не вспомнила, что тоже хотела убить его.
«Слава Богу, я этого не сделала».
Эбби на самом деле благодарила любые силы, сблизившие их. И самое главное ту, что спасла от причинения боли этому мужчине.
