Мы настороженно продвигались у кромки леса. Изредка замечал крестьян, и тут же прятались в зарослях. Конечно, нельзя было тратить время на подобные прятки. Но вместе с тем нам нельзя было и высовываться. Уже наследили, только прибыв на чужой берег.
— Тсукико, — прошептала за спиной кицуне. — Зачем ты всё это делаешь?
— В каком смысле? — не понял я.
— Ну вот это всё. Помогаешь простым ванам. Мстишь за неизвестную девушку. Спас детей и меня. Это только то, о чём мне рассказали.
— Хороший вопрос, — я усмехнулся и отмахнулся от надоедливой мошки. — Честно, даже не знаю. Просто не могу по-другому. Разве нормальный человек может смотреть на то, как кто-то рядом страдает?
— То есть дело в том, что ты человек?
— Нет. Конечно, нет.
Вот блин, чуть не выдал себя. Это на Земле приемлемо говорить про людей, как единую расу. Здесь же ваны, и каждый разделяется на отдельные группы. Сложно, но выучить можно. Главное, не забывать следить за языком.
— Я имел в виду, что нормальные ван не сможет стоять в стороне, — продолжил я. — Не должен позволять себе такой роскоши. Мы ведь должны помогать друг другу. Не задирать нос и жить в мире.
На мгновение повисла тишина, нарушаемая лишь шорохом листьев.
— Если бы все придерживались таких мыслей, как и ты, — печально произнесла Асэми. — Но чем старше ваны становятся, тем больше грубеют.
— Согласен, — ответил я. — Но на то есть свои причины.
— Какие?
— К примеру, семья. Раньше я не понимал Акайо. Всегда хмурый и чёрствый ван. Я думал, что он уже родился с морщинами на лбу.
Девушка тихо хихикнула.
— Но теперь понимаю, что не всё просто так. Ему необходимо защищать семью от глупой толпы крестьян.
— Говоришь так, будто начинаешь их презирать.
— Так и есть, — я остановился и обернулся к девушке. — Прости, Асэми, но после сегодняшней выходки у меня на душе осталась обида.
— И что случилось?
— Наверное, не стоит тебе рассказывать. Но и врать не собираюсь. Утром, когда отводил сестёр в школу, нашли два трупа. Знаешь, кого обвинили?
— Тебя? — она удивлённо вскинула брови.
— Именно. Видите ли, я не проследил за этим и не остановил убийц. Толпа была взбудоражена. Обвинили весь наш клан.
— Но ты ведь и так спас множество народа и просто был занят…
— Знаю, знаю, — улыбнулся я и двинулся дальше. — Потому и понимаю тех, кто ведёт себя более грубо. Иногда приходится показать силу, чтобы тебя послушали. Иначе никак.
— Всё это как-то глупо, — неуверенно пробормотала Асэми.
— Полностью согласен. Вот только нас никто не спрашивает. Мы родились в этом мире, и если хотим выжить, то придётся играть по его правилам.
За разговором не заметили, как выбрались на небольшой перекрёсток.
— Он был здесь, — внезапно произнесла кицуне.
— Съехал с главной дороги в лес? — переспросил я.
— Да, — уверенно заявила та. — Приехал из деревни, — указала налево. — И направился в ту сторону, — кивнула в чащу.
— Что ж, нам повезло, — довольно улыбнулся я, невольно притронувшись к походной сумке, где лежала камэоса. Возможно, это случайность. А может и покровительство грудастой богини. — Тогда нам не придётся показываться народу. Идём.
Я первым зашагал по пути, где проехал Мате. Кицуне поспешила за мной.
Прошло несколько ещё часов. Никто навстречу не попался. Но и мы начали уставать. В основном это касалось еды. Асэми была права, нам необходимо было запастись.
Но вскоре деревья расступились, и показались крыши домов.
— Теперь говорить буду я, — повернулся к кицуне и снял маску.
— Тебя же могут узнать, — возразила та.
— Может быть. Но сильно сомневаюсь. Меня на наших землях мало кто видел. А в этой глухомани вряд ли догадаются.
Подошли к деревушке. На пути сразу же появилась полноватая женщина, тащившая на плечах здоровое полено. Увидев это, я на мгновение замер. Тогда нас заметила сама крестьянка и недовольно спросила:
— Чего уставился?
— О, простите, — я поклонился, Асэми последовала моему примеру. — Мы пилигримы и ищем, где можно купить еды.
Почуяв наживу, женщина изменилась в лице. Натянула приветливую улыбку и защебетала дружелюбным голоском:
— Так у меня можно, пройдёмте, покажу.
Быстренько засеменила к ближайшему дому. Наверное, боялась, что покупатель сорвётся. Бросив бревно посреди небольшого двора, она юркнула внутрь, но вернулась буквально через несколько секунд. Казалось, что всё необходимое у неё лежало у двери. Вполне возможно, так оно и было.
— Вот, держите, — протянула небольшой узелок.
Внутри ломоть сыра, рисовые лепёшки и вяленая рыба. Во второй руке женщина протянула небольшой сосуд с водой.
— Скромно, зато сытно, — расцвела та.
— Благодарю вас, — снова поклонился я.
Взял узелок и протянул незнакомке монету.
— Это что? — не поняла та и подозрительно на нас покосилась. — Вы с земель Ито?
— Да, — как ни в чём не бывало, ответил я. — В наших планах обойти весь остров, а потом вернуться на Большой канал и оттуда отправиться к Великому морю.
— То есть вы настоящие путешественники? — недоверчиво переспросила та.
