В мире не было места бездомным, никто не помогал психически больным. Адвокаты хотели денег и заключали сделки. Заваленные работой судьи желали ослабить нагрузку и спихнуть дела. Прокуроры стремились сделать себе имя. Для многих система правосудия являлась только средством для достижения собственных целей. И тем не менее Лурдес хотела работать адвокатом по уголовным делам.
До сегодняшнего дня.
Она справлялась с недостатками системы, оставив бюрократичную службу в должности государственного защитника, такого защитника назначает суд в случае бедности подсудимого, и открыла собственную адвокатскую контору. Как кубинка и женщина, имеющая собственную юридическую практику, она много лет боролась, стараясь сделать себе имя в области, где доминировали мужчины, где ее окружали мужчины. После восьми лет трудной работы она приобрела известность, выступая против самых лучших из них. Она стала одним из самых высокооплачиваемых и уважаемых адвокатов по уголовным делам в Майами. Лурдес Рубио добилась своего. Теперь же она скорее с отвращением, а не с гордостью смотрела на свой диплом. Она думала о своем подзащитном с презрением.
Как она могла угодить в капкан? Как она могла позволить насильнику бросить обвинение в лицо жертве, позволить использовать преступление, как инструмент для получения свободы? Она поступила таким образом, потому что в этой системе победить иногда означает вести очень жесткую игру, и Лурдес знала, что негодяй избрал верную тактику. Он добьется быстрой победы.
Лурдес стала складывать папки в портфель, собираясь идти домой и готовить ужин пожилой матери и, может, посмотреть фильм по кабельному телевидению, но вдруг остановилась и схватилась за голову.
Сегодня она приняла победу за справедливость и очень жалела об этом.
Хлоя Ларсон, симпатичная маленькая будущая юристка из района Куинс, теперь выросла и стала государственным обвинителем. Боже, как время безжалостно с ней обошлось! Он едва ее узнал, с этими мышиными волосами и старомодными костюмами, которые почти скрывали ее когда-то упругую задницу и аппетитную грудь. Но это лицо... Он никогда не забывал лиц. В особенности таких, как у Хлои. Именно поэтому он ее и выбрал – она была не просто хорошенькой, она была исключительно красивой.
И теперь он снова ее нашел. Прошло двенадцать лет, и он нашел ее, и они снова вместе. Выражение ее потрясающего лица, когда его бесполезная защитница сообщила ей новость, было бесценным. Просто бесценным. Шок. Затем испуг. И наконец, ужас. Хлоя попала в ловушку. Она вынуждена снова смотреть ему в лицо своими красивыми зелеными глазами, молча признавая, что проиграла.
Бантлинг сидел на жесткой койке, которая пахла старой рыбой и мочой, и ковырялся в зубах.
«Заткнись и сядь!» – вот что сказала его бесполезный адвокат. Вот что она орала. «Заткнись и сядь!» Кто она такая, черт побери? Ему нужно заново обдумать ее роль во всем этом. Раньше он считал, что Лурдес – хороший выбор, однако теперь... Но с другой стороны, Лурдес достала для него полицейские отчеты из Нью-Йорка, а они заменяли любой роман для чтения перед сном. Он получил возможность фактически узнать о том, что сделал, – со слов других. Посмотреть на все чужими глазами. Здорово было читать. И его адвокат помогла ему напугать до смерти мадам прокуроршу. Но неожиданно Лурдес сказала, что пока не может подать заявление и ей требуется провести дополнительное расследование. А он вынужден раздумывать, сможет ли играть против больших мальчиков из высшей лиги.
– Позволь мне этим заняться, – сказала Лурдес. – Ты признаешь, что являешься жестоким насильником, который использовал нож. Ты хочешь сказать: «Я сделал это тогда, но не делал этого теперь», – и отмазаться, заявив, что государственный обвинитель, твоя жертва, относится к тебе предвзято. Но пойми, Билл: все будут ненавидеть тебя еще больше и будут жалеть ее. Это очень деликатная ситуация, и мы не можем просто предъявить твои обвинения. Мисс Таунсенд все отрицает, и, если честно, твое слово для суда ничего не значит. Нам нужны доказательства.
«Я дам тебе доказательства. Хотя мне очень не хочется с ними расставаться».
– Срывы, подобные сегодняшнему, определенно тебе не помогут. Ты выглядишь как серийный убийца. Позволь мне разбираться с этим так, как я считаю нужным. Тебе нужно только молчать. Просто посиди тихо.
Однако адвокат определенно испугалась. Теперь Лурдес Рубио знала, с кем имеет дело, с кем сидит рядом в зале суда, перешептывается в комнате для встреч адвокатов с клиентами. А он не знал, сможет ли она точно так же убедительно выступать перед присяжными, как раньше, когда считала его невиновным. Доверчивые глаза самки оленя исчезли.
Билл Бантлинг метался по камере, подобно дикому зверю в клетке. Все дело в том, как он понял, что Хлоя, Фасолька, мадам прокурорша, всегда знала, кто он, и ей требовалось запереть его понадежнее для собственной безопасности. Для того, чтобы не сойти с ума. Но теперь Бантлинг знал, какую игру затеяла Хлоя, и ей пришел конец. Будет забавно смотреть, как она сломается.
