– Да. Я нашел рецепт на галоперидол, выписанный Бантлингу доктором в Нью-Йорке, и саму бутылочку. Возможно, ты знаешь, что это тот же галдол – препарат, снимающий или предотвращающий психоз. Его обычно дают, чтобы человек впал в беспамятство. Поэтому очевидно: у Бантлинга были проблемы с психикой. Мы также нашли целый ящик домашних садомазохистских порнофильмов. Различные женщины, некоторые очень молоденькие, вроде наших жертв. Мы пока не успели просмотреть все кассеты – их более ста. Судя по названиям, большинство девушек на кассетах – блондинки.
Си-Джей побледнела.
– С тобой все в порядке? Боже, ты выглядишь так, как сегодня утром в зале суда.
Доминик протянул руку через стол и дотронулся до ее руки, сжимавшей ножку бокала. Костяшки пальцев Си-Джей побелели. В глазах Доминика появилось беспокойство.
– Что случилось, Си-Джей? Что? Я могу тебе помочь?
– Со мной все в порядке. Мне кажется, я заболеваю...
Она произносила слова заикаясь, рассеянно. Пришло время заканчивать разговор – прямо сейчас, пока она не развалилась на части. Си-Джей встала, вырвала руку из-под руки Доминика и снова отошла от него. Она смотрела в пол, на стол, куда угодно, но только не на гостя.
– Спасибо, что занес распечатку. Обязательно сегодня просмотрю ее. – Судя по голосу, Си-Джей была где-то далеко. Она потеребила листки бумаги, потом посмотрела на Доминика. – Еще раз спасибо тебе за все.
Он встал и пошел за Си-Джей к входной двери, обратив внимание, что на ней четыре замка, а на стене – сложная система сигнализации.
Чего она боится – здесь, в высотном здании, в хорошем тихом районе Форт-Лодердейла? С яхтами, лодками и отдыхающими...
Когда Си-Джей собралась открыть дверь, Люси попыталась выскочить.
– Нет, Люси. Нет. Я уже выводила тебя сегодня вечером.
Си-Джей посмотрела на Доминика. Он заметил страх в изумрудных глазах. Не заметить его было невозможно.
– Ну, спасибо еще раз, Дом, – тихо произнесла Си-Джей. – Наверное, увидимся завтра. Позвони мне после разговора с Нейлсоном. Может, встретимся у него. Извини, что я была... рассеянной. Я просто...
Его рука накрыла ее пальцы на дверной ручке и сжала их. Теперь его лицо было совсем близко, и Си-Джей чувствовала теплое дыхание на своей щеке. Глаза Доминика были серьезны, но она увидела в них и нежность.
– Помолчи, – прошептал он. – Не говори ничего, или это не случится.
Его губы коснулись ее щеки и нежно, легко прошлись по коже, добрались до рта. Жесткие волоски бородки щекотали ее щеку и подбородок. К своему удивлению, Си-Джей поняла, что ее собственные губы уже слегка приоткрыты и ждут, когда его рот накроет их. Она хотела прочувствовать его поцелуй, вкус его сладкого после мятной жевательной резинки языка.
Наконец их губы встретились, и она задрожала. Губы двигались нежно, его язык пробовал, исследовал глубины ее рта. Их тела соприкоснулись, они прижались к двери, и даже сквозь одежду жар казался нестерпимым. Си-Джей чувствовала, как напряглась плоть Доминика, прижавшаяся к ее бедру. Его рука все еще накрывала ее пальцы, лежавшие на дверной ручке. Он отпустил их и погладил плечо сквозь шелковую блузку, затем провел рукой по талии. Его теплая рука замерла чуть ниже спины. Их губы все еще составляли единое целое, и поцелуй становился все более страстным. Доминик прижимался к ней так крепко, что Си-Джей слышала биение его сердца.
На этот раз она его не оттолкнула и не отпрянула. Она осторожно обняла его за шею, дотронулась до коротких густых волос на затылке и прижала Доминика к себе еще сильнее. Кончики ее пальцев пробежались по верхней части его спины, чувствуя крепкие мускулы сквозь форменную рубашку. Си-Джей охватили чувства, которые она давно похоронила и считала мертвыми, – и она отдалась наслаждению.
Доминик ощутил влагу горячих слез, которые бежали у нее по щеке, и он отпрянул. Си-Джей опустила голову, ей было стыдно. Ей не следовало допускать это сегодня вечером. Но затем его теплые руки коснулись ее лица. Он приподнял ее подбородок, и Си-Джей снова увидела беспокойство у него в глазах. Доминик, словно в нем открылась способность читать ее мысли, прошептал:
– Я не принесу тебе боли, Си-Джей. Никогда.
Он стал нежно целовать слезинки у нее на щеках.
– Мы все будем делать медленно. Очень медленно.
Он еще раз поцеловал ее, более нежно, более осторожно, в губы. И впервые за долгое время Си-Джей почувствовала себя в безопасности – в объятиях этого мужчины.
