Делаю, как велено. Поднимаю защиту с пола, облачаюсь в нее и начинаю застегивать крепления. Ненадолго отвлекаюсь, чтобы уточнить:
– А у тебя такая есть?
Джаред закрывает крышку на термокружке и ставит ее на стол.
– Да. В одной из машин.
Рассеянно киваю, заканчиваю с креплениями и цепляю маску на пояс, после чего засовываю пистолет за пояс брюк, рюкзак вешаю на одно плечо, меч на другое и сообщаю:
– Я готова.
– Хорошо, – одобрительно произносит Джаред и протягивает мне знакомый маленький контейнер.
На автомате принимаю его и все же уточняю:
– Зачем линзы?
– У подножия нам придется ненадолго остановиться. Там будут военные, которые не должны увидеть твои глаза такими, какие они сейчас.
Тяжело вздыхаю, но все же решаю не спорить. Как только мы удалимся на безопасное расстояние, никто не помешает мне вытащить эти чертовы штуки.
– Ну и как этим пользоваться? – спрашиваю, открывая контейнер и с опаской заглядывая внутрь.
– Ты не носила линзы? – зачем-то уточняет Джаред, хотя, по-моему, это очевидно.
Иначе зачем бы я спрашивала?
– У меня прекрасное зрение, – сообщаю, пожав плечами. – И меня всегда устраивал цвет моих глаз, так что в линзах не было необходимости.
Несколько минут тратим на то, чтобы разобраться с хитростью использования штуковин, придуманных, кажется, в самом аду. В эти мгновения я, не стесняясь в выражениях, проклинаю все на свете. Когда дело сделано, Джаред вручает мне кружку с кофе, подхватывает со стула свои вещи и кивком указывает на выход. Покидаем дом, и я на несколько секунд замираю на ступеньках, осматривая улицу, на которой царит небывалое оживление. Приходится проморгаться, чтобы сфокусировать зрение, которое из-за цветных линз словно теряет четкость. Вижу пять внедорожников, два из которых принадлежат Картеру и его группе. Замечаю возле машин почти весь отряд и направляюсь к ним. Я ведь так и не поздоровалась ни с кем, кроме Ники и Картера.
Первой заметив мое приближение, Максин широко улыбается и отделяется от парней.
– Привет, – произносим одновременно, и мои губы тоже растягивает улыбка.
Максин приобнимает меня одной рукой.
– Рада тебя видеть, – говорит она, и я чувствую невероятное тепло к этой девушке.
Несмотря на то, что я обманула ее, чтобы украсть сердца хакатури у Картера, и сбежала, Максин, похоже, не держит на меня зла. Значит Ники говорил правду. Меня и правда никто из них не ненавидит. За исключением одного человека. Но я надеюсь, что Кеннет не поедет с нами, иначе Джексон вообще не выпустит меня из машины. Скорее всего запрет в багажнике.
Возвращаемся к остальным, со всех сторон на меня сыпятся приветствия. Сойер тепло улыбается, Оуэн сдержанно кивает, Ники смотрит с донельзя довольным выражением лица. Джонни выступает вперед, заключает меня в медвежьи объятия и запечатлевает влажный поцелуй на щеке. Со смехом неловко отбиваюсь от него и верещу:
– Фууу.
Джонни отступает и смотрит на меня с самым оскорбленным выражением.
– Что значит – фу?! – возмущается он. – Вам, девчонкам, невозможно угодить!
Замечаю, как он косится на Максин, она тут же отмахивается и говорит:
– Отвали, Джонни.
Кажется, что это невозможно, но выражение лица парня становится еще более оскорбленным. Мужчины усмехаются, а Ники еще и треплет Джонни по шевелюре.
От широкой улыбки болят щеки, но я не могу перестать. Понимаю, что до невозможности рада видеть каждого из них. За время нашего не слишком продолжительного знакомства каждый из них стал мне по-своему дорог. Не хватает только Чарли.
И Мэйсона. А также Брендана, Скотта и Томаса. Уверена, сейчас все они с энтузиазмом собирались бы в поездку. Кроме Хейворда, потому что я ни разу не видела энтузиазма на его всегда хмуром лице. Улыбка тусклеет, ощущаю щемление в груди, которое до сих пор не становится слабее. Каждый раз, когда память возвращает меня к ушедшим, глубоко внутри возникает это чувство. Я очень скучаю по каждому из них.
– Эмили? – зовет Максин.
Поворачиваюсь к ней и замечаю беспокойство в глубине голубых глаз.
– Рада вас видеть, – наконец выдаю я чистую правду.
Они продолжают прерванный моим приходом разговор, касающийся предстоящей охоты. Прислушаваюсь к нему краем уха и снова осматриваюсь. Замечаю Джексона, он о чем-то беседует с высоким мужчиной в военной форме. Возле трех внедорожников собралось не меньше десятка людей, скорее всего это отряд Купера. Джаред достает из багажника броню, надевает ее и отправляется к ним, на ходу застегивая крепления. Один из военных что-то говорит ему, на что Джаред широко улыбается, а у меня чуть челюсть не падает. Редкие скупые улыбки, что доставались мне в последние дни, – ничто, по сравнению с тем, что происходит сейчас.
– Так значит тебя тоже заставили надеть линзы? – спрашивает Ники, и я тут же перевожу внимание на него.
– Тоже? – переспрашиваю я, глядя в его серые глаза.
Уж он-то точно не нуждается в линзах.
Ники кивает и взмахом руки указывает куда-то вправо.
– Джексон заявился в несусветную рань и вручил их Картеру.
