Убийца резко обернулся на меня, когда я распахнул дверь палаты. В его глазах горело безумство, демоническое лицо вымазано кровью, зубами он пережёвывал вырванный ломоть кожи, сущий Дьявол! Я повалил одержимого на пол прямо в кровавую лужу и начал в беспамятстве избивать его. Я слышал, как ломаются его зубы, как нос его хрустел под моими ударами, и ещё этот смех, жуткий смех, который преследует меня и сейчас.
Меня оттащили подальше от его тела, начали осматривать мои переломанные пальцы и обрабатывать содранные кулаки. Я не чувствовал боли и собственного тела, вокруг меня сгустились сумерки, тёмная, немая пустота, как будто я умер. Я чувствовал лишь неумолимую ярость и скорбь. Я потерял мою Андре.
Он замолчал. Его дыхание было глубоким и ровным. Кулаки сжаты.
– А что случилось с убийцей? – спросила Рене, заворожённая рассказом опечаленного Приста.
– Я отключился сразу после того, как меня отволокли от него. Ведь я был намерен убить ублюдка. Потом выяснилось, что при транспортировки в тюрьму, он убил одного из конвоиров и сбежал из-под стражи. Как ему это удалось, в полумёртвом состоянии, одному Господу известно. Изверг скрылся, и полиция была не в силах его найти. Поэтому к поиску преступника подключился я. Когда ничего нет, нечего и терять.
Квартира убийцы была под наблюдением полицейских, и он бы не сунулся туда. Так что мне удалось узнать о нём кое-что в больнице, коллеги беглого санитара сказали мне, что он любил посещать опиумный клуб мистера Стренджера. Там с помощью револьвера я выяснил у мистера Стренджера подробную информацию об этом посетителе. Мне в руки попал адрес другой съёмной квартиры, куда для ненормального доставляли наркотики. Он любил забываться в одиночестве.
Я без промедления прибыл на место. Он был там, лежал на полу среди зажжённых свечей и нюхал халат с запёкшейся кровью. Его рассудок был затуманен опием.
Мною управляла месть, желание покончить с извергом. Это был мой долг! И я с превеликим удовольствием совершил акт правосудия.
– Ты убил его?
– Да – сказал Прист – И теперь он горит в аду!
– Тогда ты решил стать детективом?
– Нет, до этого момента я работал частным детективом и раскрыл немало дел. Но в тот кошмарный день я превратился в машину. Механизм, считывающий след преступника, замечающий улики, и думающий как они. Я умер, Рене, и стал другим.
В его глазах стояли слёзы.
– Мне жаль твою жену.
Из дома донеслись звуки аплодисментов и хлопушек. Все, кто прохлаждался и курил на веранде, зашли внутрь.
– Наверное, внесли торт – предположила Рене – Нам стоит зайти.
В зале действительно шумели из-за торта. Он был многоярусным, с зажженными свечами и пышным, воздушным кремом, исполненном в виде садовых цветов. Именинник задувал свечи, ряд за рядом. И когда погасла последняя, гости захлопали в ладоши и начали поздравлять профессора, и преподносить ему подарки. У Приста появилась возможность поговорить с хозяином вечера, и он попросил Рене об одолжении:
– Мисс Кастл, прошу прощения за такую просьбу, но это нужно для дела. Пожалуйста, оголите плечи, чтобы внимание мужчин было прикреплено к вашей персоне, а внимание женщин к вниманию своих мужей.
– Хорошо. Я постараюсь – согласилась Рене, исполняя просьбу сыщика. Она спустила бретельки, обнажив плечи. Она была обворожительна.
– После того, как мы с профессором поднимемся в его кабинет, уходите через парадный вход. Встретимся на углу Терпоу стрит без десяти девять. И не опаздывайте. У вас есть оружие?
– Есть «дамский» однозарядный пистолет. Вирджиния снабдила ими всех девушек борделя.
– Замечательно! Будем надеяться, что вам не придётся им воспользоваться. Ну, я пошёл – Прист нежно поцеловал девушку в щёку и направился к Стэнфорду, который получал подарки от близких друзей.
Рене осталась одна среди танцующих пар. Она, словно огонёк, манящий к себе ночных бабочек, начала привлекать взгляды джентльменов, которые не осмеливались пригласить такую красивую леди на танец, ибо они не прилично смотрели бы на её голые плечи.
Прист дождался своей очереди для поздравления и, крепко пожав руку весёлому Стэнфорду, с фальшивой улыбкой заговорил:
– Профессор, от всей души поздравляю вас! Желаю вам всего самого наилучшего! Я ваш преданный поклонник и восхищён вашими работами.
– Ох! Спасибо, милейший! Я рад это слышать. Очень надеюсь, что это не последнее моё открытие – засмеялся Уэст – Но честно признаться, я не помню вашего имени.
– О! Меня зовут Арнольд Гилл. Я работаю на кафедре химии в Оксфордском университете. Видите ли, профессор Саммер, узнав о вашем так сказать творении, послал меня обсудить с вами контракт.
– Контракт? – не совсем понимал Стэнфорд и с подозрением взглянул на странного гостя – Разве профессор Саммер не умер год назад?
Прист продолжал невозмутимо лгать:
– У профессора Саммера был брат, который после его смерти и занял место на кафедре. Он-то и послал меня.
– Ясно, – закивал Стэнфорд, его сомнения рассеялись.
