– Не смотри на меня так, Марси. Ему не понять наших ценностей и правил. Байкеры живут беспорядочной и нестабильной жизнью. Семья для них ничего не значит, брак – тем более. Я останусь при своем мнении. Он тебя недостоин.
– Многие мафиози изменяют женам. Вот как они доказывают, насколько сильно заботятся о семьях? Такие ценности у них?
Отец покачал головой.
– Дело в другом. Я хочу для тебя мужа, который будет обращаться с тобой как с королевой. Я никому не позволю относиться к тебе неуважительно.
– Как и я, – твердо сказала я. – Ты всерьез думаешь, что я бы позволила Мэддоксу изменять мне? Или относиться плохо иным образом? Я бы послала его ко всем чертям.
– Он похитил тебя.
– Папа, – рассердилась я, – мы все обсуждали. Это в прошлом, Мэддокс поплатился за случившееся, а в ближайшие месяцы и годы он проявит себя. Я не сомневаюсь.
– Тебе придется столкнуться с морем негативных реакций из-за отношений с таким, как он. Пресса, другие женщины, наше окружение – никто не проявит благосклонность. Я сделаю все, чтобы слухи не распространялись, но даже мои возможности ограничены, когда дело касается скандала такого размаха.
– Я справлюсь. Люди в любом случае станут поливать меня грязью. Я знаю, что они скажут. Многие будут злорадствовать, когда заметят мое ухо и татуировку. Но я не позволю им унижать меня.
Выражение лица отца было убийственным.
– Если я увижу, как кто-то злословит, он не доживет до следующего дня.
– Пора мне защитить себя лично. На вечеринке у мэра я покажу всем, что меня не волнует чужое мнение.
Отец погладил меня по щеке.
– Ты намного сильнее, чем я думал, но я всегда буду стараться оберегать тебя до последнего вздоха.
– Я в курсе, пап, но ты не должен ограждать меня от Мэддокса.
Отец пока не выглядел убежденным.
– Ты должен довериться мне. И кое-что пообещать: не допустить ничего, что может привести к смерти Мэддокса.
– Нет, Марси. Никак не выйдет. Если Мэддокс начнет работать с нами, каждое задание может поставить его жизнь под угрозу.
Я бросила на него раздраженный взгляд.
– Я не это имела в виду. Не пытайся убить Мэддокса. Тем самым ты причиняешь боль мне.
Отец вздохнул.
– Я всегда хотел, чтобы ты выросла волевой женщиной. Знай я, что все обернется так, пересмотрел бы свое желание.
– А вот и нет, папа. Ты назвал меня Марселлой не просто так.
Еще раз вздохнув, отец поцеловал меня в лоб.
– Ты права, но какой бы сильной женщиной ты ни стала, для меня ты навеки останешься маленькой девочкой, и я убью каждого, кто причинит тебе страдания.
Я вопросительно приподняла бровь.
– Но я ручаюсь не пытаться убить Мэддокса снова, при условии, что он не сделает тебе больно.
Я поняла, что лучшего обещания от папы не получу, поэтому кивнула.
– Нам с Мэддоксом необходимо проводить время вместе, чтобы справиться со случившимся, – начала я, но отец прервал меня:
– Не хочу, чтобы ты оставалась с ним наедине.
– Мне разрешалось оставаться с Джованни, хоть мы и не были женаты.
– Джованни заслуживает доверия.
– То есть боится тебя.
– Мэддоксу нет дела до наших ценностей.
– Значит, ты беспокоишься, что он лишит меня возможности предоставить людям кровавые простыни, – с горечью сказала я.
Отец пристально посмотрел на меня.
– Не нужно мне лгать. Может, я и пытаюсь не замечать, как ты выросла, но я не слепой.
Я сглотнула.
– Что ты имеешь в виду?
– Невозможно быть доном, не умея читать людей. Я вижу, как вы смотрите друг на друга, – ответил отец.
– Ох, – прошептала я, румянец залил щеки. – Ты разочарован?
Отец вздохнул, опускаясь на край стола, чтобы его лицо оказалось на уровне моих глаз.
– Принцесса, ради тебя я отменил традицию кровавых простыней, но не стану отрицать, что, если бы все зависело от меня, отправил бы тебя в женский монастырь.
Я рассмеялась.
– Пап…
Он посерьезнел.
– Отец хочет защитить дочь от беды. Надеюсь, ты встретишь мужчину, который будет относиться к тебе хорошо. Только не он – твой похититель.
Я не собиралась говорить с папой о сексе, но мне также было не по душе, чтобы новое бремя легло на его плечи.
– Мэддокс и есть тот самый мужчина. Он никогда не относился ко мне плохо, пап. Я не вру, ясно?
Он кивнул, однако, похоже, все еще сомневался.
– Мама объяснила, что ты назвал меня Марселлой в честь бабушки, поскольку мечтал, чтобы я была такой же смелой, как бог или богиня войны. Вы никогда не хотели, чтобы я поклонялась мужчине и была вынуждена выйти замуж. Я выбрала Мэддокса. Позволь мне любить того, кого я люблю, и выйти замуж за того, кого я предпочла.
– Твоя мама твердит то же самое. Почему вы, женщины, так усложняете жизнь?
Я прижалась к отцу.
– Разреши мне видеться с Мэддоксом у него в квартире, а ему – навещать меня дома.
– Без наблюдения не обойтись, – проронил отец стальным голосом. – Амо и Маттео должны сопровождать тебя. Как только Мэддокс докажет преданность Семье, то сможет приходить в наш дом, а затем и ты будешь навещать его одна.
Я неохотно кивнула, зная, когда надо отступить. Но это не конец. Рано или поздно, но мы с мамой переубедим отца.
Когда Мэддокс покорит мамино сердце.
