Павловская Слобода.
Следователь приехал через пару дней, рано утром. Это оказался пожилой мужчина в тщательно отглаженном костюме, старомодной рубашке с галстуком, начищенных ботинках и с заметно просвечивающей лысиной, которую он не пытался замаскировать. Вообще он производил впечатление человека, из прошлого века, которому вовсе не интересны современные модные тенденции не только в одежде, но и во всем прочем тоже. Он пользовался старым кнопочным телефоном, ботинки у него были «прощай молодость», в летнем варианте, и все это было не просто чистым, а даже каким-то стерильным, будто только что из бани, где он побывал прямо в одежде. Вместе с ним приехал молодой парень, который и сидел за рулем старенькой, но тоже вымытой и вычищенной машины. Едва взглянув на водителя, хотелось улыбнуться, до того он был весь домашний, с румянцем во всю щеку и детским взглядом из-под густых, почти девичьих ресниц, короче, типичный «маменькин сынок». Извинившись, что не смог приехать сразу, пожилой следователь попросил кратко изложить информацию.
– Простите еще раз, но мне надо сегодня еще в двух местах побывать, стараюсь как можно больше успеть сделать.
Выслушав и записав рассказ Елизаветы Сергеевны и комментарии Ксении, он откланялся и, прощаясь добавил, кивнув головой в сторону молодого парня, приехавшего с ним:
– Это Женя, мой помощник, он оставит свою визитку, и если что-то произойдет, что вам покажется странным, сразу звоните ему, он знает, что делать. И еще, вам, Борис, действительно пока не стоит приезжать в Москву, лечитесь, отдыхайте. У вас, по-моему, бюллетень еще недели на две, вот и не пытайтесь быть святее папы римского, никуда ваши больные не денутся. Мы пока прощаемся, будем проверять вашего, Ксения, бывшего мужа.
Стоило им уехать, как подала голос Ксения:
– Вот скажите, неужели этот парень добился своего места умом? Никогда не поверю, наверняка его кто-то пристроил. У него вид, как у ребенка, а уже помощник следователя. – Она возмущенно смотрела вслед уехавшей машине.
– Не спеши с выводами, Ксюх, я вчера вечером говорил с мамой, а она звонила какому-то своему знакомому, и тот по своим каналам все выяснил про этого следователя и его помощника. Так вот, парень откуда-то из глухой деревни, поступил в институт после армии и пробивается в жизни только благодаря своему уму и железной хватке. – Борис посмотрел на жену: – Ксюш, Сонька еще не проснулась, пойдем и мы досыпать? Согласись, это лучше, чем выражать недовольство человеком, которого мы совсем не знаем.
– Какое «досыпать», ты видел, сколько времени? Уже десятый час, они приехали в начале девятого, вот как люди работают, а тебе лишь бы поспать, – рассмеялась Ксения, слегка покраснев, и тихо, чтобы никто не слышал, добавила: – Не позорь меня, ты же знаешь, я неловко себя чувствую, когда ты начинаешь говорить так.
– Как это «так», я вообще-то ничего не имел в виду, только то, что сказал, – рассмеялся Борис. Весело переругиваясь, они направились в дом.
– Рита, – Елизавета Сергеевна оторвалась от созерцания утреннего неба, – что у тебя с работой, появился заказчик или все по-прежнему?
– Пока не знаю точно, но вроде тут, у нас в поселке, сразу несколько человек надумали строиться.
– Мне казалось, что тут нет незастроенных участков. Я, честно говоря, хотела тебе сосватать одного своего соседа по дому. Он когда узнал, что у меня есть знакомая архитектор, которая занимается частной практикой, то очень обрадовался и просил узнать, есть ли у тебя свободное время. Но понимаешь, он не совсем для себя, у них на работе есть пансионат в Сочи, так они хотят его переделать под четыре звезды. Как он объяснял, это еще довоенная постройка, если не ошибаюсь, тридцать девятого года. Но придется туда слетать в командировку на пару дней.
– Хорошо, тетя Лиза, я прикину по времени и, скорее всего, соглашусь.
– Вот и отлично, когда будешь готова дать ответ?
– Завтра или через пару дней, вы, надеюсь, не на один день приехали, поживите тут!
– Деточка, ты же знаешь, я долго без города не выдержу, мне без выхлопа бензинового плохо становится. – улыбнулась Елизавета Сергеевна.
– А знаете, я бы поняла вас, если бы вы на лавочке перед подъездом сидели и с подружками болтали целыми днями, но ведь вам это совсем не интересно. Сериалы вас тоже не интересуют, да вы могли бы их и тут смотреть, вот не понимаю я этого вашего нежелания!
Елизавета Сергеевна развела руками и усмехнулась:
– Вот такая я необыкновенная. Кстати, выставки и театры ты тоже можешь сюда перевезти?
– Это нет, но ведь я могу вас возить в Москву, вы ведь не каждый день куда-то ходит!?
– Рита, этот разговор не имеет смысла, мне там лучше, я очень рада, что у меня есть ты и все остальные, но, очевидно, я привыкла к одиночеству, долгое общение меня утомляет.
– Все, все, молчу, мне хорошо потому, что вам хорошо. Вы не обидитесь, если я вас оставлю и пойду пробегусь по поселку. Что-то я в последнее время обленилась совсем, бегаю редко, а в моем возрасте прекращать занятия спортом нельзя, потом не возобновишь.
