Елизавета Сергеевна только рукой махнула, показывая, как она относится к словам Маргариты.
Сергиев Посад – Завидово.
Федор приехал в пятницу на машине и сразу направился на Феофановскую улицу, к дому Шуркинова деда, надеясь застать девушку там. Ему повезло, она была дома, но явно спала до его прихода.
– А что это ты вечно спишь? Как не появлюсь, так бужу тебя.
– И вовсе не вечно, вчера мы с дедом до ночи возились с попугаем. У деда медсестры как в калейдоскопе меняются, не успеешь запомнить имя одной, как уже новая появилась. Да еще с утра в клинике была, там пса привезли с непонятной проблемой. У бедняги вся шерсть вылезла.
– Прежние медсестры куда делись, ты их сама съедаешь или на пару с дедом? – попытался пошутить Федор, но Шура не приняла игривый тон и серьезно ответила:
– Дед денег не берет, на зарплату живет, а они молодые, им много надо, одна стала брать в обход деда, но имела глупость часть ему предложить, так он ее с треском выгнал и не посмотрел на то, что она классный специалист. Теперь она открыла частный кабинет, но деда не простила. Создала ему в городе соответствующую репутацию, так что к нему не особенно медсестры рвутся, поработают немного, подучатся у хорошего врача и уходят.
– Он у тебя всегда животных лечил?
– Нет, он начинал обычным хирургом, где то в начале семидесятых годов закончил медицинский институт, потом вернулся назад. Первые годы работал в городской больнице, а когда перестали платить зарплату, он стал постепенно заниматься животными, поучился на каких-то курсах и уже больше двадцати лет работает ветеринаром. Того, что было в начале перестроечных времен, я точно не знаю, позднее родилась.
– Так я понял, что ты сейчас при нем вроде медсестры?
– Пока новая не придет, дед ищет среди пожилых, надеется, у них другой подход к жизни. И потом у них у всех пенсия, может, и не будут стараться дополнительно заработать.
– Ну это он зря, деньги нужны всем, и большинство старается заработать везде, где только можно. Шур, – Федор неожиданно поменял тему. – ты не обиделась, когда я отказался идти в театр с тобой, да еще и не отвез домой? У меня и правда было очень много работы, тем более что я с прежнего места ухожу. Подбил все «хвосты» и с понедельника оформляюсь в институт, буду преподавать студентам проект.
– Не обиделась, ты же сразу сказал, что не уверен, сможешь ли. Я с подругой ходила, мне совсем не понравилось, как танцевали, только одна партия прилично была исполнена, да и то с огрехами. Даже странно, в столицу обычно лучшие едут, а эти, короче, им до понятия «лучшие» как до луны.
– Ты профессионал, тебе виднее, я в балете ничего не понимаю.
– Как я в живописи, просто нравится – не нравится, и не более того.
– Хочешь, пойдем на следующей неделе посмотрим какую-нибудь выставку. Что смогу, то тебе расскажу.
– Знаешь, Федь, я тут сидела и размышляла, теперь я понимаю, что балетное образование очень узкое. Большинство из нас не слишком образованны, кроме тех, конечно, кого дополнительно заставляли учиться. Физически нас всех развивали, а на прочие предметы внимания обращали мало, у нашего брата, актеров балета, общая эрудиция страдает. Я иногда с тобой разговариваю и не все, о чем ты говоришь, понимаю. Я дура, да?
– Нет, – рассмеялся Федор – ты совсем не дура, просто какие-то вещи не попали в поле твоего зрения. Человек не может быть одновременно и прекрасным математиком, и писать романы, и переводить с других языков, а еще и танцевать профессионально. Либо он все делает по-дилетантски, либо выбирает что-то одно. Ты выбрала балет, а остальное, если захочешь, ты изучишь самостоятельно. В конце концов, не стоит думать, что высшее профессиональное образование – это единственное, что может научить нас профессии. Это не всегда так, масса людей, получивших высшее образование, не работает по тем специальностям, которым их учили. Важно всю жизнь заниматься самообразованием, и только так можно узнать многое из того, что важно и с годами становится интересным. Слушай, что-то мы в философию ударились, а я, поскольку мужик простой, жрать хочу, даже не есть, а именно жрать. Пойдем, удовлетворим это мое желание, тут наверняка есть какие-то рестораны или, на худой конец, кафешки?
– Пойдем, у нас с дедом сегодня не густо, потому тебя и не приглашаю, но если хочешь…
– Нет уж, пойдем лучше, посидим, поболтаем где-нибудь, хочешь, деда твоего возьмем?
– Нет, он не пойдет, он у меня домосед, ему бы только книжки читать, а больше ничего и не надо.
– Ты никогда про бабушку и про родителей не говорила, их больше нет?
– Бабушка и правда умерла, а родители… что им сделается, живут себе в свое удовольствие, я с ними не общаюсь.
– А можно спросить, почему?
– Неинтересно, у них своя жизнь, у меня своя. Так получилось, в детстве мне их не хватало, а потом я привыкла без них обходиться. Давай сменим тему, как там наша дама поживает?
– Ты про собаку? Да у нее все хорошо, дом сторожит, на чужих рычит, а так ласковая как кошка. В отце просто души не чает, ходит за ним по пятам.
