Император прикрыл глаза и погрузился в медитацию. Ему не составило труда покинуть свое хрупкое, детское тело и переместиться в Имматериум. Даже в самом спокойном состоянии, описать варп простым, человеческим языком крайне сложно. Со стороны, это царство может показаться безумным нагромождением всевозможных цветов, отражений и вспышек. Подобно морю с бесконечно глубоким дном. И если в бездну долго смотреть…
«Любопытно. Крайне любопытно. Я не ощущаю присутствие нерожденных, как и любую другую варп-жизнь. Он словно… пуст? Какова причина? Влияние К`Тан и их слуг? Древних? Кого-то другого? Отрезанное и запертое измерение? Реальность-тюрьма? Невозможно выяснить. Нужно больше данных»
Действительно, ментальный взор Императора окинул бескрайний океан. Как бы он ни старался, но он не мог ощутить энергию темных, искажённых сущностей Имматериума, именуемых простыми людьми, как демоны. Никакого остаточного следа, ничего. Словно их никогда и не было. Более того, ему потребовалось приложить немало усилий, чтобы разглядеть варп-взором медицинскую палату. При этом все эмоции и остаточные чувства настолько размыты и затуплены, что Император задумался еще сильнее.
«Интересно. Данная реальность практически не связана с Эмпиреями. Я не ощущаю потока времени. Не могу почувствовать души умерших и с трудом вижу мысли живых. Мироздание этого мира сильно отличается от моего, но может ли такое быть?».
Император вернулся в свое физическое тело и снова открыл глаза.
«Сейчас я слаб, как никогда. Уничтожение моего прошлого физического тела лишило меня многого. На восстановление уйдет время. Драгоценное время», — разум многовекового существа отрешённо, не отвлекаясь от мыслительного процесса, методично подобрал и тут же откинул в сторону несколько методик и техник, позволяющих ускорить физический рост тела и создать «с нуля» новое, — «Придется пока мириться с этим телом. И пока я не ощущаю присутствие нерожденных, есть возможность как следует подумать и определиться со своей целью».
Император попытался подняться с кровати, но ощутил слабую боль от сломанных костей и поврежденных участков тела. Чтобы полностью исцелиться, ему потребовалось лишь усилие мысли, чтобы направить свою силу на ускорение метаболизма и регенеративных способностей организма. За мгновение ока все кровоподтеки исчезли и «Джон» стал выглядеть так, будто ничего с ним не произошло. Аккуратно сняв с себя гипс и прочие фиксирующие медицинские принадлежности, в том числе многочисленные присоски и датчики пульса, он встал в полный рост.
В качестве материала для создания одежды, он использовал бинты и покрывала, преобразуя их на молекулярном уровне. Император вытащил из памяти Джона нужные ему образы и через несколько секунд в палате стоял подросток в джинсах, кедах и толстовке с капюшоном с рисунком какой-то популярной группы. Одежда формата «увидел и забыл», уж в этом-то Император понимал толк.
«Слабость тела. Как непривычно. Позабыто… но мне нельзя отвлекаться. Если история в этом мире похожа на известную мне, то следует наведаться в пару мест. Там определенно будет, что изучить».
Джон посмотрел на пустующую кровать. Однозначно, просто так уйти он не мог. Очень быстро его пропажу обнаружат и начнут искать. Это дополнительная энергия на усилия и маскировку. Вытянув указательный палец правой руки, он силой мысли сделал на нем небольшой порез. Из кожной подушечки потек слабый ручей алой крови, быстро скапливаясь на полу. Когда округлая красная лужа достигла диаметра нескольких сантиметров, рана моментально закрылась.
Поверхность крови зашипела и покрылась алым пузырям. Под воздействием силы Императора, она начала расширяться. Подобно глине, она стала приобретать формы, постепенно превращаясь в мальчика. Идеальную копию Джона. Бывший Владыка Человечества немного постарался над тем, чтобы нанести своему двойнику былые увечья и затем поместить его обратно на кровать и подключить к приборам при помощи телекинеза. Осталось последнее — вдохнуть в сосуд жизнь.
Подойдя в плотную к кровати и склонившись над покалеченным телом самого себя, Император глубоко вздохнул и так же глубоко выдохнул. Едва заметное золотистое свечение плавно, бережно окутало тело клона и слилось с ним.
— Оживи, — и сосуд задышал. Сперва тяжело и резко, но затем дыхание стабилизировалось. Император оставил внутри своей копии воспоминания Джона и весь его потенциал. А он был поистине огромен. В будущем мальчик с такими возможностями определенно станет очень успешным человеком и оставит глубокий след в истории. — Считай это моим прощальным подарком, Джон Холл. Живи долго.
