В толпе сидящих возникло вдруг какое-то волнение. В круг света вбежал ребенок и бросился сначала к Магде а потом к Юлаю. Юлай недовольно покачал головой и спросил, кто позволил ребенку не спать так долго.
– Мама сказала, – ответил мальчик, – чтобы я пожелал доброй ночи, деда.
– Доброй ночи, крошка, – улыбаясь, ответил Юлай. – А теперь ступай.
Юлай снял его с колена и поставил на землю, но ребенок неожиданно смутился и остановился, нерешительно оглядывая улыбающихся людей. Эван. Я непроизвольно произнес его имя, но тут он заметил кого-то в толпе за моей спиной и помчался туда. Когда Элинор подхватила его на руки, наши глаза встретились, я прочел в них вызов, но не смог истолковать его. Было ли присутствие Эвана случайностью, намеком, подарком? Она исчезла в толпе манганарцев, всем своим видом предлагая мне следовать за ней. Но я не доверял себе.
С того момента как Катрин рассказала мне об ужасных событиях в Эззарии, все ощущения и звуки привычной жизни начали притупляться и гаснуть. Исанна умерла, чтобы понять это, мне не понадобилось времени. И не горе тому виной, просто я уже оплакал Исанну много лет назад, после того как нас разлучили. Все мои дни были заняты видениями: тюрьмами и демонами, ледяными ветрами Кир-Вагонота, Гаспаром и Фессой, привязанными к дереву, Совари, висящим на стене Танжира с вывалившимися внутренностями… И еще мадонеем, сидящим над игровым полем. Образы приходили ко мне все время, они были гораздо реальнее мира, в котором я жил. Несмотря на чудесный вечер, несмотря на судьбоносные события, разворачивающиеся передо мной, я ничего не чувствовал, просто смотрел и видел перед собой солидно жужжащих пчел Авреля. Я больше не принадлежал этому миру. Долг звал меня в другое место. Единственное, что могло лишить меня решимости, – мой сын. Я не допущу этого. Трое молодых Смотрителей испытывают сейчас невыносимые мучения, они ждут, что я спасу их.
Я снова посмотрел на костер и начал прислушиваться к разговору.
– …принимать в нашем доме гостя, Аведди, – говорил старик, лучась радостью. – По древней традиции наши гости становятся нашей семьей, их любят и защищают как собственных сыновей и дочерей, делясь с ними всеми радостями и горем. Я знаю, что этот гость особенно дорог и тебе, поэтому хочу еще раз заверить тебя в нашем почтении и добром отношении. Тебе будет не о чем беспокоиться на избранном тобой пути.
Озадаченный Александр вежливо склонил голову:
– Благодарю тебя, лорд Юлай, но… – Мы так и не узнали, что собирался сказать принц. В этот миг в круге света от костра появилась Лидия, опирающаяся на руку Блеза. Она стояла за спиной у Магды, среди женщин и детей семьи Юлая. Ее тело полностью скрывала длинная черная накидка и ночные тени. Рыжие волосы зачесаны наверх и собраны в узел. Ее гордая осанка украшала ее больше любого золота и серебра, но в лице ее не было ни кровинки, единственным живым цветом на ее лице были отсветы костра.
Александр медленно поднялся. Он говорил, обращаясь к манганарцу, но его слова и взгляд были обращены к одной только Лидии.
– Снова и снова благодарю тебя, лорд Юлай, и это не простая вежливость. Мне просто нечего больше сказать… найти слова… ведь ты спасаешь и защищаешь мою жену. Мое единственное желание было увидеть ее в безопасности, ведь я люблю ее, как святой Атос любит землю, и чту ее, как звезды чтят Луну. – Он не подходил к принцессе, может быть, из гордости, может быть, из-за необходимости соблюдать этикет, принятый среди высших, он только протянул к ней руку. Она наклонила голову в холодном приветствии и тоже осталась стоять, где стояла. Александр вспыхнул и опустил руку, неловко поклонившись, прежде чем достать из кармана последний мешочек с солью.
Старый Юлай недоуменно переводил взгляд с Александра на Лидию, его жена что-то зашептала ему на ухо, и недоумение на его лице сменилось пониманием и сочувствием.
– Сейчас уже поздно, Аведди,
Александр с трудом оторвался от созерцания принцессы и протянул соль манганарцу, откашлявшись, прежде чем заговорить. После обычной фразы про соль он добавил:
– Я горд тем, что удостоился твоего гостеприимства король Юлай.
Старый король поднялся и жестом отпустил всех собравшихся. Толпа начала медленно растворяться в ночи. Поклонившись Александру и поцеловав руку Лидии, Юлай вместе с женой двинулся вслед за слугами к сложенным из камня домам. Блез шепнул что-то принцу на ухо, потом подошел ко мне.
– Думаю, мы можем оставить их, правда, я сказал ей, что мы подождем немного.
