Меня это мало волновало. Я не задержусь в клане надолго. В безопасности и спокойствии есть свои плюсы. Но не тогда, когда ты жаждешь обладать полной силой Звездной области.
Город Ясных Холмов является частью королевства Северной Звезды. Из всех сорока королевств и тринадцати империй, как по занимаемым землям, так и по ресурсам, оно было одним из худших, третьим с конца. Так же их наследие ограничено сферой Мастера. Из-за этого в королевстве был всего один Звездный практик, да и тот на первой ступени.
Через год-полтора, или даже раньше, если к тому моменту достигну шестой ступени Земной области, я покину Город Ясных Холмов. Для начала посещу знаменитый Черный Лес, где обитают свирепые звери и растут лекарственные растения. Там я планирую задержаться до перехода в Небесную область.
Затем отправлюсь на границу восьми королевств и осяду в одном из городов, соседствующим с Бескрайней Пустошью. По легендам, тысячи лет назад этот лакомый кусочек плодородной земли с реками и озерами, богатыми рыбой, горами, полным руд и камней природной энергии, стал полем последнего боя светлых и темных богов и навсегда изменилось.
После катастрофы, постигшей эти места, в Бескрайней Пустоши поселились многие великие нации, завладевшие наследиями павших богов. Но они возгордились, их поглотила зависть и алчность, и в результате в Бескрайних Пустошах стали вспыхивать войны, целью которых было отнять чужое наследие и возвысится. От тех городов остались руины, напичканные смертоносными ловушками, населенные магическими существами и духами, природа и само существование которых до сих пор остается загадкой.
В руинах еще можно найти древние артефакты и эликсиры, техники развития и навыки. Бескрайние Пустоши стали самым популярным местом для практиков в поисках своего счастливого шанса, наемников и разбойников со всего континента.
Это место чрезвычайно опасно, там коварство и смерть ходят рядом. Тем не менее, риск был оправдан. В руинах любая находка — сокровище.
Таков был мой план на ближайшие десять лет. Куда подамся дальше, так далеко я не заглядываю. Возможно, и этих десяти лет у меня не будет.
Я как раз доел ужин и собирался звать служанку, чтобы убрала подносы. Но она опередила меня, постучавшись в дверь и спросив:
— Господин, можно войти?
— Входи, — разрешил я ей.
Дверь открылась, и в комнату вошла молодая шестнадцатилетняя девушка в простом черном платье с повязанным вокруг талии белым передником. Она была высокой с длинными тонкими ножками, миловидным немножко детским лицом, однако полностью сформировавшейся женской фигурой, чувственными небесно-голубыми глазами и пухлыми алыми губками.
У нее была смуглая кожа и пурпурные волосы — отличительные черты любого слуги в этом поместье. Все потому, что они были рабами из одного южного варварского племени. Их внешность привлекала покойного старейшину.
У рабов не было имен, им давались числа. Двадцать восемь была моей личной служанкой. Многие в клане использовали слуг и служанок не только как прислугу, выплескивая на них свою похоть. И я, как представитель мужского пола с развившимися потребностями, вполне мог ей воспользоваться.
Надеюсь, прошлый я ее не трогал. Не хочу ненавидеть себя за то, что кого-то принудил. Хотя по факту это делал не я, в ее глазах я боюсь однажды увидеть отражение боли, направленное на меня.
— Ваша многоуважаемая тетя желает Вас видеть, — не поднимая головы, тихо сказала она.
— Понял, — ответив, я посмотрел на нее и меня вдруг осенило. — Но прежде чем мы пойдем, прошу, присядь, — я указал ей на подушку напротив меня. — Мне надо кое о чем с тобой поговорить.
— Господин, я не могу, — не зная, куда себя деть, замялась двадцать восемь.
Рабам запрещалось сидеть в присутствии хозяина. Это расценивалось как проявление неуважения. Но так же он не могла ослушаться приказа хозяина. Как бы она не поступила, это шло в разрез со всем, что она считала смыслом жизни.
— Я не приму отказа. Присаживайся.
Я не повышал тон и говорил спокойно. Я не хотел ее напугать. Тем не менее, она вздрогнула и нервно стиснула платье.
— Д-да, господин.
Она на цыпочках подошла к подушке и, чуть помедлив, медленно на нее опустилась.
— Прошу, подними голову, — попросил я.
— Да, господин.
Она послушно подняла голову и наши взгляды пересеклись.
— Не бойся, я просто хочу поговорить, — сказал я, заметив страх в ее глазах. — Тебе ведь известно, что я потерял память?
— Да, господин, — подтвердила она.
— Хорошо. Тогда я попрошу тебя заполнить пробелы в моей памяти.
— Да, господин.
От этого ее: «Да, господин» мне всего корежило, и я сказал:
— Я не желаю, чтобы ты называла меня господином. Зови по имени — Шин. Хотя бы пока мы одни. Ты меня поняла?
— Да, гос… Шин, — запинаясь, проговорила она.
— Вот и отлично, — радушно улыбнулся я. — Двадцать восемь, скажи, как твое имя?
— У меня нет имени, — ответила она.
— Я понимаю, что все рабы проходят через соответствующее обучение и вас заставляют забыть, кто вы и откуда. Но теперь я твой хозяин и прошу назвать свое имя.
