Вчера, отложив Мистическую Рунную Карту, прежде чем уснуть, я распутал последние нити клубка Врат Боли. Я долго этого ждал. Внутри все содрогнулось, и из сформировавшихся Врат вырвался поток зеленого света, разливаясь по телу, а затем устремился в сосуд души.
Кожу и кости начало жечь. Это была последняя боль, которую я испытал. Затем оставшаяся энергия погрузилась в сосуд души, смешиваясь с телесной сущностью и уплотняясь. У обычных практиков переход на следующую ступень телесной сущности занимал от шести месяцев до года. Большую роль играет роль талант, техника развития, ресурсы, и конечно, упорство. Я же обхожусь без всего этого и легко прорываюсь всего за один день. Это верхний предел ненормальности.
Я пронесся через лагерь незамеченным и побежал дальше. На второй ступени я мог использовать Восемь Призрачных Шагов уже одиннадцать раз. Хорошо все-таки, что я не стал делать призму и выполнил задание. Без божественного таланта выходило бы всего семь или восемь.
До области, отмеченной на карте, я добрался за шесть часов. От жесткой, словно камень земли с редкими островками растительности местность плавно перетекала в редкие леса и кустарники.
— Ни одной птицы.
Чем ближе я приближался к нужному месту, тем меньше встречалось живности, и в какой-то момент даже птицы исчезли с неба. Жизнь панически отступала под натиском смерти.
Когда показались ожившие трупы, я направил телесную сущность в глаза, увеличивая дальности зрения, и устроился на холме, наблюдая за маршем. Тысячи грязных мужчин, женщин и детей, обнаженных, в рваных одеждах и без одежды, в мятых, искореженных доспехах, изо рта сочиться густая черная жижа, мутные белые глаза уставились в пустоту перед собой.
Это были обычные ожившие трупы. Без черной жижи, ороговевшей кожи на скулах и трупных глаз они выглядели совсем как люди. Но были среди них и другие, новые виды. Черные ожившие трупы. Их кожа почернела, стала крепкой как камень, и вытянулись руки, свисая до колен словно плети. И шипастые ожившие трупы. У них стало четыре руки. Их тела покрывала твердая серая чешуя и костные наросты-шипы. Они имели острые когти и клыки. От людей в них почти ничего не осталось. Они выглядели скорее как монстры.
Они все приходили и приходили. Казалось, что этот поток никогда не иссякнет. Миллионы обычных оживших трупов, десятки тысяч черных и сотни шипастых. А им все не было видно конца.
В воздухе запахло тухлой рыбой. До передних рядов было больше двух тысяч шагов, а запах уже доходил до меня. И вместе с ним нагнеталась удушливая атмосфера. Сдавливающее чувство возникло в груди. Страх незаметно проникал в сердце.
Наконец, ожившие трупы перестали появляться. Как было сказано в задании, я исследовал масштаб угрозы и сделал для себя неутешительный вывод:
— У нас крайне мало шансов.
Асаги говорил, что сила обычных оживших трупов находится в середине Земной области, а черных на второй-третьей ступени Небесной области. С таким количеством этого уже достаточно, чтобы обратить нашу объединенную армию в бегство. Вся надежда на Небесных и Звездных практиков. Только Асаги ничего не говорил про шипастых трупов. Насколько они сильны? Середина Небесной области? Вершина? А может, Звездная область?
Первой мыслью возникло — бежать. Забрать Мэй, Ханюль, двадцать восемь и делать ноги как можно дальше отсюда. Однако я понимал, что это лишь отсрочит неизбежное. Бежать некуда. Ожившие трупы не остановятся, пока не поглотят все. Пока не вымрет человечество, все живое. Пока мир не станет принадлежать только им.
Я уже собирался возвращаться назад, когда заметил впереди подозрительное движение. Среди зарослей кустарника промелькнул человеческий силуэт.
Переключив внимание на него, я увидел невысокую фигуру в обтягивающем черном доспехе. Лицо скрывала маска-капюшон. Ее тело, определив пол по небольшой выпуклости на груди, обтекала темная энергия. Она как корабль, дрейфующий на волнах, разрезала собой черные воды.
Она бежала, но казалось, слишком медленно. Ее словно тормозила эта черная энергия, сковывала движения. И находясь достаточно близко к ожившим трупам, они ее не замечали. Это было совсем как у меня. Невидимость. Только другая.
Мне стало любопытно. Если я вижу ее, увидит ли она меня? Это был первый практик, владевший подобным навыком, которого я встретил.
— Я должен выяснить, — и двинулся ей наперерез.
Когда расстояние между нами сократилось до тридцати метров, она вдруг резко остановилась и заозиралась по сторонам, чаще задерживаясь в моем направлении. Она должна была видеть меня, но не увидела. Получается, она не может видеть сквозь мою невидимость, а я могу. Это обнадеживает.
Тем не менее, она знала, где я. Скорее всего, почувствовала на себе мой взгляд. Никогда бы не подумал, что в этом мире, сосредоточенном исключительно на практике, кто-то развивает инстинкты на уровне карателя.
