А в следующее – на нее легла пелена света из неизвестного источника, прерывая ее путь.
Разум приказал ей продолжать идти к Тору, но величайшая сила завладела ею: рывком, таким же непреодолимым, как и сила гравитации, ее забрали с Земли, увлекая в свет. И когда ее потянули наверх, Осень услышала крик Лэсситера и увидела, как он бросился вперед, будто хотел остановить ее…
И это заставило ее бороться с потоком. Отчаянно сопротивляясь, она боролась изо всех сил, но было невозможно освободиться от того, что пленило ее: как бы сильно она ни сражалась, Осень не могла помешать этому взлету.
Внизу разразился хаос, люди кинулись вперед, когда Тор поднялся с пола. Он смотрел на нее с маской замешательства и неверия на лице… а потом начал прыгать, будто хотел поймать ее, словно воздушный шарик, шнурок к которому он пытался ухватить. Кто-то поймал его, когда он потерял равновесие… Джон. И Праймэйл подлетел с другого боку. И его Братья…
Последним она увидела не кого-то из них, даже не Тормента, а Лэсситера.
Ангел был рядом с ней, поднимался вместе с ней, свет поглотил их обоих, пока они не исчезли, она стала ничем, лишаясь сознания…
Снова придя в себя, она очутилась в огромном белом пространстве, таком широком и столь длинном, что не было видно ни конца, ни края.
Перед ней была дверь. Белая дверь с белой ручкой и сиянием, прорывающимся через косяки, будто по другую сторону ее ждал яркий свет.
Когда она впервые умерла, ее ждало далеко не это.
Столько лет назад, когда сознание вернулось к ней после того, как она вонзила кинжал в свой живот, Осень оказалась посреди иной белой пустоши, с деревьями, храмами и обширными лужайками, заселенными Избранными Девы-Летописецы. В том мире она стала жить, без возражений принимая свою судьбу, не как выбранную по своей воле, а как неизбежный результат ее поступков на земле.
Но это – не Святилище. Это – вход в Забвение.
Что произошло?
Почему она…
Объяснение снизошло на нее, как только она осознала, что, наконец, отпустила прошлое и открыла свое сердце для всего, что жизнь могла ей предложить… тем самым освободила себя из своего собственного Небытия… даже если и не осознавала, что жила в оном.
Она вырвалась из Небытия. Она была… свободна.
Но Тормент остался на Земле.
Ее затрясло, ярость охватила тело, гнев был столь сильным и неугасаемым, что ей захотелось прорваться сквозь дверь и жестко поговорить с Девой-Летописецей, Создателем Лэсситера или… кто был тем больным ублюдком, вершившим их судьбы.
Преодолеть огромное расстояние с того места, где она начала, только чтобы обнаружить, что призом была всего лишь очередная жертва, сейчас она буквально осатанела.
Не сдерживаясь, Осень бросилась к входу, начала колотить руками, цеплялась за него ногтями, пинала ногами. Она бросала отвратительные слова и называла божественные силы гнусными именами…
Когда чьи-то руки обхватили ее талию и потянули назад, она напала в ответ, обнажая клыки и впиваясь в массивное предплечье…
– Гребаный ад! Ай!
Возмущенный голос Лэсситера прорвался сквозь ее гнев, успокаивая ее тело, и Осень замерла, пытаясь поймать ртом воздух.
Чертова дверь была невредима. Равнодушна. Недвижима.
– Вы ублюдки! – кричала она. – Ублюдки!
Ангел развернул ее и встряхнул.
– Послушай меня… ты мне сейчас совсем не помогаешь. Тебе нужно успокоиться, черт побери!
Усилием воли она взяла себя в руки. А потом сразу же разрыдалась.
– Почему? Почему они делают это с нами?
Он снова встряхнул ее.
–
– Что ты собираешься делать?
Он смотрел на нее очень долго.
– Может, этой ночью я, наконец, поведу себя как ангел.
– Что… я не понимаю…
Лэсситер взял ее лицо в руки.
– Вы двое сделали столько всего для меня… черт, в некотором смысле, мы все были в своих собственных версиях Небытия. Поэтому я предложу все, что у меня есть, чтобы спасти вас двоих… посмотрим, будет ли этого достаточно.
Она схватила его ладони.
– Лэсситер…
Ангел отступил назад и кивнул ей.
– Останься здесь и сильно не обнадеживай себя. Меня с Создателем связывают не самые теплые отношения… может, меня тут же размажут по стенке. В этом случае, без обид, но вы окажитесь в заднице.
Лэсситер отвернулся и ушел в белый свет, его огромное тело растворилось.
Закрыв глаза, Осень обхватила себя руками, молясь, чтобы ангел сотворил чудо.
Молясь всем сердцем.
Внизу, на земле, Тор решил, что теряет свой драгоценный разум. Лэсситер исчез. Осень исчезла.
И ужасающее чувство логики заставило его поразиться тому, что он не додумался, по каким законам они жили весь прошлый год.
Велси застряла в Небытии из-за него.
Осень… застряла в Небытии из-за себя.
