– Я вообще мало сплю в последние годы, а снов и вовсе не вижу. Внутри меня осталась лишь пустота. Мой любимый внук, на которого я возлагал большие надежды, был таким же идеалистом, как и вы. Он пошёл добровольцем на фронт, и через полгода его убили. Сын моего близкого друга сделал то же самое, и результат был таким же. Я тоже несу ответственность за свои поступки. Главное моё наказание в том, что врачи предрекают мне продолжительное адекватное существование. Бог ещё долго будет издеваться надо мной, не пуская в лучший мир. Но если бы мне выпал шанс всё изменить, – я бы не стал им пользоваться. Вы можете считать меня чудовищем, но я сделал то, что должен был. Кто знает, может, через тысячу лет мне поставят памятник. Ведь к тому времени вся сегодняшняя боль, которая нам сейчас мешает воспринимать мир критически, угаснет. И наши потомки будут смотреть лишь на результат, который, несомненно, будет положительным. В наши дни многие воспринимают Александра Македонского или Чингисхана как положительных государственных деятелей, но редко кто вспоминает о той цене, которую они платили за такие преобразования.
– А то, что творится в мире сейчас, вы тоже считаете справедливым? Или вы всё так же далеки от обычных людей, как и раньше?
– Признаюсь честно: мы оказались неспособны к такому далёкому планированию, на которое рассчитывали изначально. В определённый момент всё пошло не так, и нам пришлось принимать жёсткие меры, ориентируясь на обстоятельства. В этом я действительно считаю себя виновным. Главной задачей было не уничтожать людей, а научить их ценить то, что они имеют. Мы открыли ящик Пандоры, который контролировали до определённого момента, а потом были уже не в силах его закрыть. Но если вы думаете, что тот, с кем вы встретитесь, предложит вам более человечный выход из сложившейся ситуации, то вы глубоко ошибаетесь. Я не буду вам об этом ничего рассказывать, потому что мы с ним заключили джентльменское соглашение: я не говорю ничего лишнего и просто высказываю свою точку зрения по некоторым вопросам, а он не будет преследовать моих друзей и близких, когда победа будет у него в руках.
– А почему вы так уверены в том, что он не проиграет? – недоумённо спросил я.
– Думаю, вы сами это поймёте, когда с ним пообщаетесь. Моей задачей является лишь то, чтобы вы рассмотрели этот вопрос со всех сторон, в том числе и со стороны тех, кого представляю я. Пусть вы и считаете нас преступниками, но даже у них иногда бывают адекватные мотивы. Думаю, мы с вами ещё встретимся и обсудим всё гораздо подробнее, а пока я не смею вас больше задерживать. Впереди вас ждёт куда более увлекательный разговор.
Я не стал ничего ему отвечать, а лишь встал со стула и вышел не попрощавшись. Мой невидимый спутник так же молча проследовал за мной. В холле нас ждал тот же военный, что проводил нас на странный разговор со стариком. Снова пройдя с нами через весь зал, он остановил нас у раздвижных дверей и на стене возле них нажал кнопку.
– Дальше мне нельзя, этот лифт доставит вас на нужный этаж, – сказал он. – Перед входом в Зал Истины вас встретят и всё объяснят. Я буду ждать вас тут – уверен, что вы вернётесь ко мне уже другим человеком. Удачи!
Двери за нами закрылись, оставив наедине меня и того, кто был таким же архитектором моего сознания, как и я сам. Лифт пулей взлетел куда-то высоко, уши снова заложило, но нам к этому было не привыкать, ведь за последние сутки мы уже второй раз поднимались на самый верх главного здания исполнительной власти. Правда, вопросов при этом оставалось куда больше, чем полученных нами ответов.
– Есть догадки, что именно с нами происходит? – не выдержав, спросил я.
– Даже мне не дано понять того, что творится в последние дни, – задумчиво ответил мой друг. – Могу сказать лишь одно: я давно не встречал столь разочарованного человека, как этот старик. Такое чувство, что Создатель и вправду наказывает его, оставляя до сих пор в живых. Я прочёл в его душе то, о чём он нам никогда не расскажет, и поверь – всё то, к чему он стремился с самого детства, сделало его несчастным. И ему ещё долго предстоит это терпеть. Он переживёт всех своих детей и многих друзей, прежде чем к нему придёт избавление в виде смерти. Тебе он не понравился, но он очень мудр. Как раз поэтому он и несчастен. Недалёкие люди, к которым богатство пришло случайно, лишь прожигают его на протяжении всей жизни, ни о чём при этом не переживая. А для него деньги были лишь инструментом, с помощью которого он надеялся изменить мир, причём в лучшую сторону. Но результат этих изменений заставил его задуматься ещё сильнее. В общем, я бы не был к нему столь категорично настроен.
Лифт начал медленно сбавлять скорость, пока совсем не остановился. Двери открылись, и мы, выходя из него, увидели знакомое лицо Инквизитора, который дал нам разрешение на это путешествие. Он жестом предложил мне присесть за небольшой столик, за которым сидел сам.
– Очень рад, что вы сдержали слово и пришли на разговор…