– Нет, но, судя по всему, он имеет немалый политический вес.
– Не то слово. Последние лет сорок он является тайным советником всех президентов. Связующим звеном между политиками и крупным бизнесом. Помимо него, конечно, есть много подобных личностей, но он среди них явный фаворит. Мой ученик, с которым я вас вчера познакомил, утверждает, что именно он приложил руку к тому, чтобы моя работа по выяснению природы закрытых контуров власти не увидела свет. Даже не знаю, сможем ли мы что-нибудь всем им противопоставить.
– А мне вчера он сказал, что готов во всём помогать, – усмехнувшись, сказал мой друг. – И мне даже показалось, что его предложение о помощи прозвучало достаточно искренне.
– Вполне возможно, что так оно и было, – не отрывая глаз от дороги, подхватил огромный Профессор. – Большая война никому не нужна, гораздо выгоднее поддерживать множество маленьких очагов напряжения. Мы с тобой ввязались в очень рискованное дело, но я твёрдо знаю, что оно небезнадёжно. Тем более что, по моей информации, этот старичок высоко оценил мою работу. Я там подробно разъясняю не только их отрицательное влияние, но и массу положительных тенденций, заложенных существующей системой власти. Например, то, что они немалые суммы вкладывают в науку. Все те блага, которыми пользуются даже в вашей стране, изначально были придуманы у нас. Тут творческим людям живётся свободнее. Всех их закидывают деньгами, а потом смотрят, от кого больше отдача. Даже если из десяти человек толк будет лишь от одного, то в него вложат миллиарды, и он в очередной раз продвинет прогресс дальше. Не хочу сказать ничего плохого про вашу Империю, но надо признать, что в сфере созидательной экономики американский капитализм сделал для человечества гораздо больше, чем все остальные, вместе взятые. А капитализму нужна постоянная экспансия. Отсюда и противоречия с конкурентами в вопросе мирового господства. Но без конкуренции не будет развития. Замкнутый круг.
Если честно, то я не против таких скрытых рычагов воздействия на правительство. По крайней мере те, кого представляет вчерашний старичок, знают об экономике не из теории. Они сами эту экономику и поднимали на заре своей юности. А политики думают лишь о грядущих выборах. В напряжении прогресс наступит быстрее, нежели в праздном наслаждении. Так что не будем торопиться что-то резко менять. Для начала попробуем улучшить уже существующую модель отношений. Вполне допускаю, что если мы не будем объяснять людям истинное положение мирового устройства, то и нам мешать не будут.
– А ты уверен, что людям вообще это надо объяснять? Может, им это и не нужно вовсе? Пусть просто живут и получают от процесса удовольствие. И не мешают своими желаниями другим, конечно же. Для большинства счастье заключается лишь в самых обычных вещах. А каким образом мы их к этому приведём – это их совершенно не волнует. Не знаю, чего мы добьёмся своими действиями, но выяснить это можно будет лишь на практике. Так что давай оставим эту тему на будущее, а пока меня интересует лишь твой друг, который, как он сам говорит, потерял часть своей души.
– Хорошо, – согласился Профессор. – Мне тоже для начала хотелось бы привыкнуть к новому миру, который для меня открылся лишь позавчера.
Вся оставшаяся дорога пролетела за несколько часов. Наши разговоры свелись к бытовым и семейным будням, и к полудню мы уже подъехали к лечебнице, расположенной на тихой окраине небольшого, типичного для Америки городка. Время позволяло нам увидеться со странным пациентом уже сегодня. Но перед этим все подробности предстоящего разговора мы должны были сообщить главному лечащему врачу, с которым наш общий друг предварительно созванивался по телефону. Мы поднялись к нему в кабинет и после короткого приветствия и знакомства сразу же перешли к делу.
– Я уже говорил тебе, что мой товарищ и коллега очень интересуется случаями, касающимися душевного здоровья, которые, скажем так, не укладываются в общую врачебную практику, – тактично начал разговор Профессор. – И насколько я понимаю из твоих слов, с моим хорошим знакомым, которому я посоветовал обратиться именно в твою клинику, происходит нечто, не совсем понятное тебе как учёному. Я прав?