Тем временем мой спутник, слушая наш разговор и при этом осматривая столь любимый им музей, решил напомнить о своём существовании:
– Скажи ему, пусть не пугается того, что они всё реже и реже приходят к нему. Это нормально. Они его не покидают – пусть не боится этого. Просто в том мире свои законы, и чем больше он успокаивается, тем легче им. Ему не надо винить себя за то, что он думает о них не с такой сильной болью, которая была раньше. Его раны затянулись уже давно, теперь пришла пора реже вглядываться в свои шрамы. Он делает доброе и правильное дело – они мне сказали, что ему ещё многое уготовано в этой жизни.
– Они? – переспросил я шёпотом, подходя к нему в соседнем зале. – Ты общаешься с его семьёй? Я думал, он просто начал понемногу сходить с ума.
– По такой логике ты уже давно неизлечимо болен шизофренией в терминальной стадии, – засмеявшись, сказал он. – Вдумайся в свои слова. Тебе кажется, что старик, разговаривающий во сне со своей погибшей женой и двумя дочерьми, сошёл с ума. Но при этом ты уже много лет сам общаешься с невидимым для остальных мужчиной, которого считаешь то своим даром, то проклятием.
– Да я и не отрицаю, что в каком-то смысле я психически нездоровый человек. Я много читал про это в своё время. У меня просто раздвоение сознания: ты – в моей голове, тебя не существует. Я не верю в потусторонний мир с призраками, не верю в его ритуалы; не верю, что где-то есть некий Высший Разум, который допустил то, что произошло с нашей планетой. Мы развиваемся согласно объективным законам мироздания. На планете накопилась критическая масса ненасытных паразитов – вот она и сбросила их с себя. Возможно, мы уже не первые, кто проходит по спирали мироздания. Со временем и твоя природа будет объяснена. Поймут причину, почему у тебя своё мнение, зачастую отличающееся от моего. Поймут даже то, каким образом ты можешь отдаляться от меня, а потом описывать в подробностях те места, которые я никогда не видел. Мозг настолько сложен и не изучен, что я уже ничему не удивлюсь. Но до сегодняшнего дня ты никогда не говорил ни о чём мистическом, а сейчас заявляешь, что общаешься с его погибшей семьей?
– Даже если ты прав и я часть твоего сознания, то это как раз всё и объясняет. Я – твоя тёмная сторона. Твоя противоположность. Ты – учёный и не веришь в необъяснимое, а я как раз и являюсь тем необъяснимым. Ты не можешь доказать некоторые вещи с научной точки зрения, но тут появляюсь я и делаю эту грязную работу за тебя, выдвигая странные теории, в которые искренне верю. Я просто помогаю тебе не сойти с ума, когда ты не можешь найти ответ на какой-нибудь из мучающих тебя вопросов. И всё-таки в действительности всё гораздо сложнее. Я сам не знаю, в чём именно моё предназначение и кто я такой. Может быть, я и правда часть тебя, а возможно, какая-то новая, доселе невиданная информационная форма жизни? Отчасти это может объяснить то, что у меня своя память и своё мнение, а также то, что я могу видеть вещи, находящиеся за пределами твоего физического зрения. Не забывай, что ты был рождён, чтобы изменить мир. Ты – продукт большого генетического эксперимента, который просто не успел дать результатов из-за проблем, обрушившихся на человечество. Возможно, когда-то люди поймут и мою природу.
А в данный момент я знаю лишь то, что его семья сейчас находится в этом мире, но в другом, непривычном для нас состоянии. И я могу каким-то образом улавливать колебания его родных. Так вот, они меня просят сказать ему через тебя, что он движется в правильном направлении и что ему не надо винить себя за притупление с годами его боли. Пусть не считает это предательством памяти своих близких. Для них жизнь продолжается так же, как и для него, – разница лишь в том, что она приняла другую форму. Просто повтори ему это.
– И как я, по-твоему, это скажу? Что мой воображаемый друг хочет передать ему сообщение?
– Поверь, как и в любом деле, главное тут – лишь начать. Разговор сам выведет тебя на нужные слова.
Тем временем чернокожий колдун, а по совместительству учёный-философ вышел из своей комнаты, неся в руках поднос с двумя чашками своего травяного зелья.
– Выпьем, друг мой, за твоё путешествие. Чтобы твой Хранитель провёл тебя по уготованному свыше пути и вернул мне в целости и сохранности.
Я подошёл к нему и взял горячую кружку.
– Надеюсь, твой Хранитель тоже меня не оставит? – сказал я, отхлебнув терпкого отвара. – Не могу сказать, что это вкусно, – раньше ты делал из трав гораздо более достойные напитки. Видимо, стареешь. Твои пальцы теряют чувствительность, раз не могут отличить благородные растения от пустынной колючки.