— Добрый вечер, сеньор, — церемонно ответила Лаура. — Это вы капитан этой красавицы?
Нет, капитан и владелец — мой друг, а я его помощник, — приветливо ответил мужчина.
Надеюсь, вы не возражаете против того, что мы здесь фотографируем? — продолжала Лаура. — Уж очень она у вас красивая.
По лицу мужчины было видно, что похвала ему польстила.
Верно, «Эвелина» просто красавица, — с плохо скрытой гордостью произнес он. — Видели бы вы ее посреди океана в шестибалльный шторм. И ничего, выдержала прекрасно.
— Неужели вы так далеко плыли под парусами? — с любопытством спросила Марии.
— У яхты отличный мотор, сеньорита, и когда нужно, мы его включаем, — охотно пустился в объяснения моряк — Но большую часть пути мы шли под парусом. Парус — это совсем другое. Это... это как душа корабля.
— Как здорово! — сказала Марни, не в силах отвести восхищенного взгляда от яхты.
— Может быть, вам будет интересно подняться и осмотреть Эвелину поближе? — гостеприимно предложил моряк. — Прошу вас, заходите и будьте как дома.
У Розы мелькнула было мысль отклонить любезное приглашение. Ей казалось не совсем удобно вторгаться таким образом к незнакомым людям, тем более самого владельца яхты не было видно. Но прежде чем она успела что- то сказать, Лаура и рыженькая Марни, сжимая в руке фотоаппараты, уже направились к ступенькам трапа. Розе ничего не оставалось, как последовать за ними.
Едва забрезжил рассвет, как Дульсе и Пабло были ухе на ногах, готовясь к отъезду, чтобы успеть проехать большую часть выжженной пустыни до наступления полуденной жары.
Скудная растительность Мексиканского нагорья совершенно не давала прохладной тени, красноватая глинисто-песчаная почва плотной пылью забивала нос и рот, мешая дышать, а раскаленный воздух обжигал легкие.
Дульсе с содроганием вспоминала проделанную дорогу и с ужасом думала о том, что предстоит еще на обратном пути.
Пабло проверил на этот раз, уложила ли она канистру с водой для питья, да еще заполнил у колодца пластиковый бачок на случай, если в пути перегреется мотор.
Дульсе свернулась калачиком на переднем сиденье, пытаясь продолжить в пути прерванный ранним подъемом сон.
Было еще достаточно зябко — ночи на плоскогорье былина удивление холодными. Контрастные перепады дневной и ночной температур доставляли немало неудобств для путешественников и к тому же плохо влияли на рост кормового маиса, который пытались выращивать местные жители.
Только неприхотливые кактусы да колючки перекати-поля чувствовали себя комфортно в таком климате.
Даже не верилось, что где-то, всего лишь метров на триста ближе к уровню моря, могут цвести цветы, а дорогу буквально преграждает бурная субтропическая растительность.
Они уже довольно далеко отъехали по пустынной дороге от индейского селения, когда вдруг прямо посреди дороги Пабло заметил смутный силуэт человека
— Смотри! Что это? — Дульсе тоже увидела его.
— Откуда он здесь взялся? — нервно усмехнулся Пабло. На много километров вокруг здесь уже не было никакого жилья.
Человек сидел посреди дороги, вытянув перед собой руки, словно велел машине остановиться.
Пабло затормозил рядом с ним и выглянул из окошка.
— Послушайте, сеньор! — крикнул он. — Вы не могли бы пересесть на обочину?
Сидящий поднялся и медленно приблизился к машине.
Теперь в неверном предрассветном сумраке Дульсе могла рассмотреть его яснее.
Это был совсем юный худощавый парнишка-индеец в простых холщовых штанах и голый до пояса.
«Как только ему не холодно? — подумала Дульсе. — Он, наверное, всю ночь шел по пустыне».
— Куда тебе? Могу подкинуть до Чиуауа, — сказал ему Пабло.
— Я пришел за молодой сеньоритой, — вдруг сказал парнишка. — Дед послал меня. Он сказал, что сеньорита может «видеть». Она видела вчера «полет вихря».
«Полет вихря»! Дульсе словно огнем обожгло, а по спине пробежали мурашки. Конечно! Именно так и должно было называться то, что она видела вчера на ярмарке. Значит, это было правдой! Старик на самом деле оторвался от земли и парил в воздухе, исполняя свой «полет вихря». Только почему же этого не видели остальные? А она-то думала, что бредит...
— Не понимаю... — Пабло покосился на Дульсе. — Какой дед? Ты знаешь его?
Дульсе помотала головой, с неотрывным интересом глядя на парнишку.
— Меня зовут Хуан Карлос. У сеньориты есть свет внутри. Я тоже вижу его. Людей со светом немного на земле, и лучше, если они будут знать друг друга и помогать. Дед сказал, сеньорите нужна помощь. И он знает, как помочь ей.
Пабло хотел сказать что-нибудь резкое, так как ни слова не понял из того, что сказал парнишка, но Дульсе тронула его за рукав.
— Я видела вчера твоего деда, - сказала Она парнишке. Он поразил меня. Я хочу узнать, как он может помочь мне.
— Вы должны приехать к нему. Он ждет.
— Но это невозможно, — возразил Пабло. — Мы должны вернуться в Мехико. Нас ждет работа.
— Садись, Хуан Карлос, — Дульсе распахнула заднюю дверцу. — Ты покажешь нам дорогу?
Парнишка молча забрался на заднее сиденье и уставился Пабло в затылок.
— Поворачивай!.. — вдруг отчетливо раздалось в голове у Дульсе, хотя вслух не было сказано ни слова.
