— Вы уникум. Вы еще и поп-музыку знаете, — поразился Лорд.
Легин смутился.
— Не очень. Просто я же из отпуска. Два месяца телевизор смотрел, а моя жена любит музыкальные программы.
— А кто она? — полюбопытствовал Йон.
— Биолог. Работает у моего дядьки в картографической службе Новой Голубой Земли.
Тут рыжая рок-звезда получила свое специальное пиво и оглянулась, окидывая взором столики. Легин неожиданно махнул рукой, приглашая.
— Зачем? — спросил было Лорд, но тут удивленный рокер слез с высокого стула у стойки и подошел, держа в руках бокал с темным пивом и тарелочку с солеными орешками.
— Вы меня? — вблизи было видно, что он чрезвычайно юн.
— Садитесь, Дани, — Легин приглашающе подвинул кресло. — Выпейте с нами. Легин Таук.
— Йон Лорд, — пробормотал журналист.
— Ага, — кивнул ему Кригер, не глядя. — Таук? — вопросительно повторил он, садясь и глядя на Легина. Лорд почувствовал некоторую даже ревность.
Легин же удовлетворенно кивнул.
— Ваша реакция на мою фамилию подтверждает то, о чем я подумал. Вы — сын Рыцаря Роби Кригера.
Кригер бросил мгновенный взгляд по сторонам, столь характерный для подданных Пантократора, затем взглянул через очки прямо в глаза Легину и сказал:
— Да.
— Так-так, — кивнул Легин. — Вы смелый человек, Дани. Кстати, я знаю вашу музыку. Мне нравится.
— Спасибо, — пробормотал Кригер.
— Я племянник Фродо Таука, — сказал Легин.
— Понятно, — кивнул Кригер.
— Фродо возглавлял отряд Рыцарей до битвы с «демонами» в Алеума, ваш отец возглавил его после этой битвы, в которой Фродо был ранен.
— Все так, — кивнул Кригер.
— Ваш отец жив?
— Да, — тихо ответил Кригер. — Он скрывается от ареста. Уже почти год.
— Потому что он Рыцарь, один из тех, кто низринул Хозяина, — сказал Легин, главным образом для Лорда. Лорд буквально задохнулся, Кригер же просто кивнул.
Легин мысленно прощупал окружающее пространство и, не обнаружив ничего угрожающего, отчетливо сказал, глядя Кригеру в лицо:
— Дани, я офицер Управления безопасности Конфедерации.
— Чем помочь? — мгновенно спросил Дани, от волнения поднимая рыжие брови и покрываясь испариной.
— Крыша во всех смыслах, — сказал Легин.
— Будет, — ответил Дани.
— И еще. Мне нужен ваш отец.
Дани напрягся, опять бросил быстрый взгляд по сторонам.
— Извините, я должен вас проверить.
— Пожалуйста.
— Я психократ, так что ничего не скрывайте.
— Я тоже психократ, — с улыбкой кивнул Легин.
Дани положил поверх руки Легина узкую руку с золотисто-медными волосинками на запястье и напрягся. Легин ощутил относительно слабое, но очень уверенное ощупывание и поспешно раскрылся.
— Ого, — сказал Дани. — Ну у вас и мощность.
Он напряженно изучал Легина.
— Я вам верю, — сказал он наконец и убрал руку.
— Фантастика, — пробормотал Лорд.
Дани, вспомнив про него, тут же взял и его за руку. Легин спросил:
— Почему вы занялись музыкой? У вас мощная психосила, только нетренированная.
— Почем занялся музыкой… — Дани пожал плечами и выпустил руку Лорда, мельком ему улыбнувшись. Глаза Лорда, в цехин размером, были абсолютно круглыми. — Я занялся музыкой потому, что я христианин, и мне нельзя поступать в высшие учебные заведения Империи.
— Я учился на Земле, — пожал плечами Легин.
— А я срезался в стокгольмское училище психотерапии, — мрачно сказал Дани, — а на следующий год меня в период абитуры не выпустили из Космопорта, потому что у меня были приводы в полицию за ношение нательного креста. Я сдал все экзамены по видеоканалу и прошел по конкурсу, а мне все равно не дали выездную визу, потому что по закону от пятьсот забытого года основание для выезда — только результаты очных экзаменов. Тогда я на все плюнул и стал играть в «Скай оф Дарк». — И, без всякого перехода: — Мой отец здесь, в Космопорте. Он живет в Закрытых секторах. Моя квартира — в Девяносто Шестом западном, который граничит с Закрытыми. У меня в квартире есть технический люк, который выходит в межсекторный тоннель. Там живут хиппи, я их знаю и подкармливаю. Через их тоннель по кабельной шахте можно вылезти в Закрытый G, там живет папа, уже восемь месяцев. Сидит в квартире и пишет книгу о Низвержении.
— Боже, я удивлюсь, — усмехнулся Легин, — если, например, Рыцарь Куниэда Като в своем дальнем мире не пишет тушью на пергаменте книгу о Низвержении.
— Ну, у папы там не только о Низвержении, — ревниво сказал Кригер. — Но это неважно. Пойдемте ко мне в гости. Сейчас, один момент. — Он отпил несколько глотков своего пива и сунул в рот несколько орешков.
Легин и Лорд тоже отхлебнули пиво и встали, засовывая в рот по полоске копченой рыбы.
— Эй, дружище, сколько? — кликнул Лорд официанта.
— Семь семьдесят, — подскочил тот, уже вполне живой.
Лорд сунул было руку в карман, но Легин опередил его — дал официанту десять марок и небрежно щелкнул пальцами:
— Без сдачи.
