Осень потихоньку раскрашивала листья Буйного в яркие краски, но Лада почти не замечала прелести погожих прохладных дней: старалась пробудить как можно больше своих птиц. Все поднимались ранним утром, наполняли клетку-переноску разбуженными стрижами, перемещались порталом в Буйный поближе к пещере, затем добирались на метлах к Зеркалу. Уже на месте Ллирель брал по птице в ладони, шептал ей что-то, она влетала в зеркало–артефакт, а назад буквально выпадал парень или девушка в приготовленный плащ. Линса одевали, Дейра опять уменьшала, помещала в уже другую, более удобную переноску, после чего летели к источникам. За раз окунали по три линса: с большим количеством справиться было трудно. Когда выходили из Мертвого, Дейра и Сгирель опять переодевали, приводили к Ладе и Ллирелю, чтобы окунуть в Живой. Потом линсы одевались, и их оставляли под присмотром Гитаны, Альвины и советника Хольфа. Советника разбудили сразу после принцесс. Это был высокий и черноволосый, несколько замкнутый и чересчур серьёзный молодой человек. Подопечных он просто сажал на магические поводки, разрешая не совсем адекватным от радости линсам бегать по лесу или танцевать до тех пор, пока Дейра не уменьшит их, чтобы отправить в Ин. Там возвращали всем нормальный рост.
Дни были распланированы по минутам. Постоянное повторение одного и того же, контроль и осторожность при обращении с волшебными артефактами сильно напрягали и выматывали.
Большую нагрузку несла Дейра. Было заметно, что линсы ее боялись. И неудивительно: она казалась необычайно сильной.
"Вот кому быть королевой Лина," – думала Лада.
– Что я без тебя бы делала, Дейра? Как же кстати ты вышла замуж! Тебя можно эксплуатировать до бесконечности.
– А ты тоже ничего так держишься, – парировала подруга. – Как же кстати я искупала тебя в источниках и выгуляла в зеркале! Вряд ли ты осилила бы задачу по возвращению линсов только гордостью и настойчивостью.
– Я, вообще-то, совсем негордая.
– Ага-ага. Каждый раз, когда я отчитывала тебя по поводу ошибок в названиях трав, ты делала вот так, – Дейра вздернула подбородок и засопела носом, затем еще крутанулась и отошла на пару шагов.
– Нет, я так не делала!
– Именно так и делала, – засмеялась Дейра. – Я сначала недоумевала, что брат в тебе нашел, но потом поняла. И я тоже не знаю, что бы делала без тебя, Лада. Главное, чтобы наши источники не устали. Почти семьсот линсов!
Однажды, когда все вышли, Лада подошла к Зеркалу, легонько коснулась рамы и тихо попросила:
– Горькая, пожалуйста, держись. Дни становятся все короче, а птиц еще много. Потерпи, помоги, даже если хочется отдохнуть.
В зеркале появилась темная сестра-близнец Сладкой Ло с высокомерным нервным взглядом.
–
Славно сиять, Горькая, – сказала Лада. – Сладкая Ло передавала тебе привет.
Стеклянная девушка молча кивнула.
– Лада, мы тебя ждём! – послышалось нетерпеливое со входа. Горькая сделала быстрый изящный жест: уходи, мол.
А потом на жёлтые, не успевшие облететь листья посыпал снег. В последнее время после зеркала линсов укрывали только плащами, никто не удосуживался одевать в штаны или рубахи: берегли время. Поддерживаемые под руки, они так и шагали к мертвому источнику, мелькая голыми лодыжками из-под развевающихся подолов и оставляя неровные следы на снегу. Благо, Живой был тёплый и целительный, после него линсы уже сами одевались, обувались и веселились.
Лада и Дейра менялись местами, так как постоянно находиться и у Мертвого, и у Живого было сложно. Ллирель жестко следил за подданными; Лада заметила, что его слушаются. Вскоре снег растаял, листья облетели. Наступила хмурая пора межсезонья. В Ин все чаще возвращались с темнотой. Как только солнце скрывалось за горизонтом, ветки деревьев вытягивались, хитроумно сплетались в огромную волнистую не то клетку, не то сеть, образуя что-то вроде перевернутой корзины с редкими бурыми листьями. Жутковато.
– Ризарт назначил Жехарда первым советником, – сообщила однажды Дейра, когда Лада красноречиво вздыхала, скучая по нему. Она изредка разговаривала с ним по видимцу, но давно не встречалась.
– Мне не говорил. Только сказал, что взялся сдать экзамены экстерном, – удивилась Лада.
– Так часто бывает, живешь себе спокойно, живешь, а как только решаешь взяться за какое-то дело, к нему тут же присоединяется второе, потом третье… Кто-кто, а Жехард со всем справится на отлично.
Дейра появлялась порталом каждое утро. Сначала приносила с собой завтрак, однако потом Ллирель начал приходить раньше, угощать чаем и омлетом, приготовленным в Ине. Иногда завтракали в его комнате, иногда в ее.
– Как спалось? Что снилось? – осторожно спрашивал линс.
– Хорошо спалось, ничего не снилось, – отвечала Лада под его наблюдательным взглядом.
Лишь после вспомнила, что линсы могут видеть общие сны и с кажущейся беззаботностью объяснила Ллирелю, что в мире Близ ей не снится вообще ничего и никогда. Он не подал виду, что расстроился.
– Сочувствую, – улыбнулся лишь краешками губ, но по глазах было видно, что просчитывал варианты.
