Розана прожила всю жизнь, не зная истинной любви. По велению Адора она должна была присматривать за своими потомками, учить их быть хорошими девочками и поить нуждающихся, а не выливать на них воду лишь потому, что не удались лицом или ростом.
Лада засмеялась:
– И как ты исполняешь свой долг, Руз?
"Хорошо исполняю".
– А прекратится все тогда, когда одна из твоих потомок красавиц по-настоящему влюбится в серонца, – изрёк Кеф.
"Я думала, когда Лада переспала с Жехардом под иллюзией серонца, это, наконец, произошло…"
– Руз!
– Лада! Ты переспала с Жехардом под иллюзией?! – Ладе не понравилось удивление Кефа. И эта непонятная надежда в его глазах.
– Я не арджазийка, – перевела стрелки Лада. – Я из другого мира.
– Когда Розана родила девочку с внешностью серонки, отец король приказал малышку подбросить на Землю, как только ее волосики обрели серый цвет. А принцесе стерли память. Сначала за девочкой и ее потомками следили, помогали, затем перестали. Так что, Лада, раз ты увидела Руз, можешь быть ее пра-пра-пра-пра-пра…
"Я не настолько старая, Кеф!" – возмутилась Руз. Близнечик сделал вид, что не заметил ее замечания:
– Ты всем нравишься, Лада, возможно, твоя магия без цвета и без запаха. Опасная такая мутированная арджазийская магия… – в голосе Кефа зазвучали нотки, которыми рассказывают страшилки. – Мне, например, ты даже старой нравилась.
– Я не была настолько старой, Кеф! – почти воскликнула Лада. Ей стало лучше.
– Я же говорил – вы одной крови, – обрадовался серонец. Лада мстительно прищурила глаза и прошептала пророческим голосом:
"Когда серонец поцелует волшебный розовый бутон, долг Розаны будет исполнен, она опять превратится в красивую юную девушку и проживет жизнь, уже не зачарованная, а влюбленная по-настоящему…"
Кеф и Руз сначала смотрели на Ладу, затем друг на друга, бутончик вытянулся, Кеф сложил губы в трубочку, подался навстречу цветку…
Лада прыснула со смеху. Кеф и Руз отшатнулись. Посмотрели друг на дружку, потом на Ладу.
Ей стало стыдно.
– А почему бы нет? Теоретически такое возможно, мир ведь волшебный?
– Хватит шутить, – обиделся Кеф, затем вдруг схватил горшок с Руз, сунул губы в розовые лепестки, то ли что-то шепча, то ли действительно целуя. Руз не брыкалась, затихла.
Наконец он отставил ее, уже подозрительно притихшую и покрасневшую. Ладе стало интересно, что Кеф мог ей сказать. Она вытянула шею, наблюдая за цветком. Уже Кеф начал улыбаться, глядя на Ладу.
Дейра появилась ближе к вечеру с хорошими новостями. Кегретов уничтожили. Блик напоследок покружил над Буйным, подсказав, где найти несколько оставшихся одиночек. Кегреты успели вылететь за пределы леса. Мирель очень вовремя среагировала, уничтожив их до того, как они успели навредить донкам. Дозорные Серона и Динайи спрятались за щитами. Они предупредили городские власти о налете, жители попрятались в подвалы. А потом появились линсы. Особенно помогли Дейра и Сгирель с самонаводящимися пульсарами. Ллирель тоже отличился, хоть и явился чуть позже. Жертв не было, основную массу кегретов уничтожали над Буйным. Было несколько сожженных домов, но Ллирель обещал щедро компенсировать утрату. До Арджайзы долететь не успели.
Ладе стало лучше фактически сразу. Ллирель примчался, оценив обстановку одним взглядом, успокоился и исчез. Затем Дейра и Сгирель устроили в ее комнате ужин с просмотром записей боя, к ним присоединился Ллирель. Лада настолько окрепла, что уже могла ходить. Сгирель предложил пожить у них, и Лада согласилась: лелеяла в душе надежду увидеть Жехарда.
Лада стояла у края замерзшего присыпанного снегом озера, рассматривала бледные разноцветные оттенки дымки, все еще вьющейся над Жемчужным; над Буйным же она оставалась светло-серой, обыкновенной. С неба, кружась, падали снежинки. После зелий Дейры она и сама себе казалась удивительно легкой и спокойной.
Что Ризарт здесь, предупредил Блик. Лада оглянулась: Вечный Король легким движением отбросил волосы назад, двинулся вперед, глядя исподлобья и напоминая Жехарда при первой встрече на Земле. Грациозно, хищно, спокойно так шел по снегу: после оттепели опять ударил мороз, образовав крепкую корку, затем посыпался жиденький, как редкий пух, снег. То, что Лада сейчас без магии, хранилось в тайне. Но Ризарт знал. Поняв это, Лада попятилась назад, затем к дубку. Её не преследовали, – король был уверен, что все равно от него не убежать. Лада вспомнила его сиреневые жгуты и уже почти понеслась, веря и не веря, что успеет. Выхода не было. И – о чудо! Дубок скользнул ей навстречу! Маленький такой, тоненький. Лада спряталась за него, ухватилась за ствол, стряхнув снег. Увы, толщина деревца была не больше руки Лады.
Ризарт не спешил. Лада сквозь ветки видела, как он подходит, иронично улыбаясь. Вокруг него уже клубился еле видимый сиреневый туман, в который почему-то хотелось добавить розовых, белых и голубых мазков.
– Ваше величество! Рада вас видеть. А я тут как раз бегаю… – обняла покрепче тоненький ствол и обаятельно улыбнулась.
