Но мы были уже близко к центру водоворота, который издали разглядеть никак не удавалось. Вверх тянулся стоящий на месте тайфун, вокруг которого сгущались почти чёрные тучи.
И тут я понял, что Нёрди имел в виду, когда сказал, что я должен знать, где его искать.
— Вот же злопамятный заср!..
Новая волна накрыла «Разящий». Доски так застонали, что я боялся, не треснет ли корабль в самое неподходящее время.
Но осталось совсем немного.
— Батур! Пора! — перекрикивал я шторм.
Кхазарин услышал.
Мы отрабатывали этот приём весь путь до водоворота. Сил он тратил много, поэтому пришлось выпить по лишней порции духовного отвара, чтобы восполнить потери.
На те несколько секунд, когда мы с Батуром ослабили контроль ветром, корабль сильно дёрнуло, Алексей сорвался с места и горизонтально повис на вытянутой верёвке.
— Скорее! Скорее! — заверещал он.
Верёвка растягивалась и понемногу начинала рваться.
— Ну же, чтоб вас!
И в следующий миг, прямо перед попаданием в жерло водоворота, «Разящего» окутал плотный воздушный шар, сквозь который не пробивалась ни одна волна. Мы бешено закрутились в тайфуне и с дикой скоростью погружались в чёрную непроглядную пучину.
И я очень надеялся, что моя догадка оказалась верна.
Воздушный шар поддерживал нас изо всех сил. Точнее, мы с Батуром поддерживали его, а он не позволял тёмной пучине проглотить нас и сплющить под своей холодной необъятной толщей.
Сверху не пробивался солнечный свет. Погрузились мы не так уж глубоко, но тучи и волны не пропускали лучи, отчего казалось, что мы вот-вот коснёмся морского дна.
Здесь было темно. Алексей держал огонёк в своих руках, чтобы освещать корабль, но вокруг — кромешная тьма. И только мелькали неподалёку хвосты морских чудовищ, которые нас почему-то не трогали.
— Нёрди нас побери… — вздохнул Сварри. — Не думал, что окажусь в таком месте… живым.
— Чудеса случаются, — ухмыльнулся я.
Пот уже стекал по носу и капал под ноги. Пучина сжималась всё сильнее, и поддерживать воздушный шар становилось тяжелее с каждым мгновением. Батур тоже начинал уставать и молчал. Закрыл глаза, нашёптывал что-то себе под нос. Злата заботливо вытирала нам лбы, чтобы пот не лез в глаза.
— И сколько ещё тонуть? — скучающим голосом спросил Алексей.
Я вдруг понял, что никто из них не боится. Все почему-то уверены, что я знаю, что делаю.
А ведь это не совсем так.
Серьёзно. Нёрди как-то заикался о подобной штуке вроде огромного водоворота, поэтому я и решил, что он спрятал свой Исток именно здесь.
А если я ошибся?
Взглянул наверх. Снова. Всепожирающая пучина заставляла где-то внутри содрогаться саму душу. Почему-то среди всех стихий водная пугала меня больше всего.
Море может быть спокойным. Вода — нести жизнь и плодородие. Но стоит ей разгневаться, как всё может сгинуть в пучине. Там, над толщей, над бушующими волнами я мог взмыть в небо и просто-напросто не дать себя сожрать. Но вот мы сами дали себя проглотить.
Сможем ли выбраться? С помощью ветра, потихоньку, проплыть за границы водоворота и всплыть в безопасном месте. Если хватит магии, конечно. И если начнём сейчас, потому что потом может быть поздно…
Нет, чего это я. Хватит! Мои соратники верят в меня. Да, они верят, и мне нельзя сомневаться. Лидер не имеет права на подобную слабость.
— Батур, — прорычал я, переправляя духовную силу, словно показывая невидимый жест.
Он понял. Тоже изменил течение духовных потоков, и воздушный шар ускорился, опускаясь ко дну.
Была не была!
Пучина сгущалась и сгущалась. Сжимала и сжимала. Она была холодной, словно сама зима, но нам было душно и жарко. Рубаха промокла, прилипала к телу. Мышцы напрягались до ноющей боли. Дышать становилось всё тяжелее.
— Скорее бы уже этот Исток, — вздохнул Сварри. — Нехорошее у меня предчувствие.
— Что, асван, моря испугался? — ухмыльнулся Алексей.
Но бросил в меня мимолётный взгляд. Тоже начал сомневаться. Нехорошо.
Пучина, пучина, пучина. Даже морские демоны уже пропали. Вокруг нас одна лишь тьма, и только огонёк Алексея мерцал в ней потерянно и одиноко.
Сердце забилось чаще. Неужто прогадал?
Если сейчас же не начнём подниматься…
Вдруг света стало больше.
Я понял это не сразу, задумавшись о своём, но точно — огонёк поблек на фоне голубоватых расплывчатых лучей, тянущихся снизу.
— Смотрите! — воскликнула Злата. — Какая красота!
Алексей и Сварри кинулись к бортам и склонились через них. Нам же с Батуром не стоило двигаться. Слишком уж тяжело было держать контроль.
Пучина расступалась, но не сразу. Поэтому приходилось постоянно менять скорость и направление духовных потоков, чтобы корабль не взмыл обратно во тьму или не рухнул вниз и не разбился неизвестно обо что. Мы не видели, что там, под нами. Только усиливалось свечение. Оно переливалось голубым, зеленоватым, перламутровым. Скоро расплывчатые лучи превратились в сияющие столбы света.
