Летне-весеннее наступление российской армии шло не без сложностей, но оно шло! Сыграла свою роль и артиллерия, которую поставили на бронепоезда. Это были орудия, которые должны были разместить на крейсерах«Светлана» и «Адмирал Бутаков». Всего было сделано сто семьдесят 130-мм пушек с затворами типа Виккерса и длиной ствола в 55 калибров. Эти здоровенные дуры имели отличную баллистику, закидывали снаряды на расстояние до двадцати километров, и именно обстрел тылов австрийских войск бронепоездом «Святич» из пары таких морских пушек привел к смертельному ранению императора Карла. Всего на фронте действовало тридцать таких машин смерти — шестьдесят морских орудий перепахивали оборону австро-венгерских войск вдрызг. В прорыв были отправлены три кавалерийские дивизии Первой конной армии совместно с бронедивизионами, матчасть для которых усиленно клепались на заводах Петрограда. Но самым неприятным сюрпризом для союзников России оказалось даже не почти полная оккупация (освобождение) Румынии и выход русских армий к болгарским перевалам, что открывало дорогу к Стамбулу, а неожиданный (после высадки десанта в Констанце, а после Варне и Бургасе) удар на Босфор. Русские корабли смогли произвести высадку сильного десанта на азиатском берегу Черного моря, десантные корабли шли под прикрытием броненосцев и дредноутов Черноморского флота, которые перепахивали снарядами турецкие укрепления. Надо сказать, что Колчак правильно учел уроки Галлипольской операции союзников. Поэтому десант стремительным броском захватил господствующие высоты, разогнав гарнизоны укреплений, обеспечивая возможность высадки основных сил и уверенное расширение плацдарма.
Защитников босфорских укреплений османов насчитывалось порядка шестнадцати тысяч солдат и офицеров при 175 пушках. Впрочем, времена, когда турки громили своих врагов многочисленной и передовой артиллерией давно канули в лету. Береговые батареи комплектовались устаревшими орудиями. Основные укрепления располагались вдоль Босфора, дабы перекрыть возможность прорыва вражеского флота в мраморное море. Высадка начиналась неподалеку от мыса Эльмаз с тем, чтобы стремительным маршем выйти к фортам и батареям азиатского берега пролива. Вот только захватив эту часть Босфора и создав мощный плацдарм, на который высадились четыре пехотные дивизии и несколько артиллерийских бригад, русская армия на Стамбул не пошла. Командовавший сухопутными силами генерал от инфантерии Василий Егорович Флуг отдал приказ окапываться и строить блиндажи и прочую фортификацию. Благо, время турки им дали. Высадка десанта произвела в Стамбуле эффект разорвавшейся бомбы. Триумвират младотурков успешно перегрызся между собой, Энвер-паша был сделан козлом отпущения и изгнан из правительства, всю власть в своих руках сосредоточил Ахмед Джемаль-паша, в столице стало неспокойно. Извечные противники младотурок, панисламисты и реакционные мусульманские вожди, подняв на знамя своей борьбы султана Мехмета V Решата. На их беду, Джемаль-паша оказался решительным человеком и замарать руки не боялся. Столица утонула в кровимусульман, правда, осталось, как всегда и не правоверным – погромы в греческих и еврейских кварталах при любых волнениях в Стамбуле — дело более чем привычное. Гибель султана Мехмета никого не удивила.
Пётр кивнул головой… брать огромный город четырьмя дивизиями было можно, а вот удержать — особенно при враждебном и фанатично настроенном населения, это уж вряд ли. По его планам к Константинополю с европейской части подойдут русские войска, щит над воротами города прибьют, но сам Константинополь (по традиции) брать не будут. А вот оторвать от Турции куски земель да построить там свои крепости, которые будут удерживать контроль за проливами- это один из вариантов развития событий. Впрочем, очень может быть, что этим контролем придется и пожертвовать. Новой мировой антирусской коалиции Пётр хотел бы избежать. Тем более, что в Персии русские войска уже заняли все важнейшие порты, очищая земли от непримиримых и замиряя более-менее адекватные племена. Там уже работала группа путейцев, прикидывавших возможность строительства железной дороги Баку-Тегеран-Бендер-Абас. И это при том, что стоявший в порту гарнизон лимонников покидать его не собирался. Хотя и находился там незаконно, по приглашению самопровозглашенного «султана Бендер-Абаса». Сначала стремительным штурмом взяли султанский сарай (дворцом это назвать было сложно), затем блокировали союзный контингент, лишив его подвоза воды и продовольствия. В том числе с моря. Минные постановки никто не отменял, а попытки их протралить пресекались дальнобойной береговой артиллерией. Тащить ее в такую даль была та еще морока, но она себя полностью окупила, когда оккупанты покинули самый важный порт Персии.