Ни на один день не оставлял теперь Вадима укоряющий вопрос: где Виктор, что с ним?
Стоя на лестничной площадке, прижавшись к батарее, времени не угадаешь.
Наступление утра определялось по звукам за дверьми. В квартирах включали радио: гимн, последние известия, – мир живет большой жизнью. Шаги, плеск воды, стук посуды, голоса детей: часть большой жизни с ее буднями, трудностями и радостями, и главное – светлыми надеждами на будущее. А когда у человека нет надежд, он не живет, а существует, вот так, по-звериному, спасаясь в теплом углу от собачьей смерти на морозе.
В передних все чаще стучали шаги. Притопывая, надевали галоши. По радио уже передавали песни, вальсы, марши. Кто-то заботливо уговаривал: «Повяжи шарф. На улице сегодня очень холодно».
Виктор Дмитриевич знал, что ему пора убираться из чужой парадной. Сейчас люди пойдут на работу, могут наткнуться на него. Проклятое бездомье!
Он вспоминал о своем праве на жилплощадь в Асиной квартире. Но всякий раз отвергал эту мысль. В таком виде идти в суд и трясти этими лохмотьями? Кто станет защищать права спившегося оборванца? Какие права? Права имеет только человек, а он же пропойца и вор, – украл Асины платья. Лучше всего – уехать из города. А деньги на дорогу?..
Перед Новым годом Виктору Дмитриевичу посчастливилось заработать. Знакомый по рынку продавец, знающий его как опустившегося, но честного человека, взял его к себе на горячие дни предпраздничного базара. Он ездил на машине за елками, сгружал их, сортировал, обрубал сломанные ветви, по просьбе покупателей носил елки на квартиры, и за это ему хорошо платили, – накануне праздника люди были щедры. По уговору, продавец сберегал его деньги и отдал только за несколько дней до Нового года, добавив еще пятьдесят рублей от себя.
Получив сразу порядочную сумму, Виктор Дмитриевич решил привести себя в человеческий вид и уехать – начать работать, попытаться устроить свою жизнь.
Он заглянул в несколько пунктов по вербовке рабочей силы. Предложений были десятки: на строительство городов, шахт, лесозаводов, электростанций. Стране нужны были рабочие руки в любые края – близкие и далекие. На последнем пункте, где он побывал, он условился, что завтра явится заключать договор и поедет рабочим без специальности на строительство новой дороги в Сибирь.
У него даже поднялось настроение. Составив подробный список необходимых покупок, он зашел на почтамт, написал Асе открытку, но передумал и разорвал. Лучше приехать через год в отпуск и явиться самому – принимайте!..
Почувствовав голод, он забежал в столовую близ почтамта. Долго стоял около буфета, выбирая что-нибудь подешевле. Деньги нужны на одежду и предстоящую поездку. Хорошо бы показаться Асе еще до отъезда, но уже в приличном виде.
Он опять принялся разглядывать блюда с закусками. Дорого. Самым дешевым, безусловно, оказалась водка. Да надо и согреться. Он присел за крайний столик. Быстро выпить и сейчас же в магазины, – скоро перерыв. Прежде всего купить белье и пару рубашек.
Официантка принесла водку. Он выпил, не закусывая. Показалось мало – не согрелся. Еще. И еще мало.
Когда поднял стакан в третий раз, планы уже изменились. Все равно, что бы ни сделать, Ася не поверит и не простит. Надо быть дураком – так размечтаться. Зачем же тогда эта ненужная спешка? Заработать можно еще и после Нового года и потом уехать. При оформлении договора тоже выдадут деньги. Новую жизнь надо и начинать с нового года!
Старый год он доживал по-старому…
Коротая одну из ночей на вокзале, не зная, куда девать время, Виктор Дмитриевич стоял около книжного киоска, разглядывал обложки книг и журналов. Услыхав за спиною знакомый голос: «У вас нет физики для восьмого класса?» – он обернулся и увидел Жору. Жора был в новом пальто, чисто выбрит.
– Продолжаете газовать, маэстро? – с беззлобной улыбкой проговорил Жора и подал руку.
Виктор Дмитриевич пригласил его в буфет, Жора наотрез отказался:
– Сядем здесь и без стопки обсудим все мировые вопросы. И не привязывайся. Зачем из-за этой заразы на старую дорожку возвращаться? Подохнуть, как Валет, или бродяжничать, как ты? Ну его, этот гоп со свистом!.. Знаешь, какая толковая жизнь без пьянки? Вот, еду в Горький получать новые машины. Хозяин мой выхлопотал. Помнишь, я тогда привозил его в театр?.. Он обещал, если буду хорошо работать, на курсы механиков отправить. А сейчас заставил пойти в вечернюю школу. – Глядя на сумрачного, жалкого Виктора Дмитриевича, Жора предложил: – Приеду после Нового года, попробую устроить тебя к нам на строительство. Но если подведешь – не обижайся. Я второй разряд по боксу имел. Не посмотрю, что ты маэстро. Из-за тебя не хочу терять доверия и уважения. Потерять легко, зарабатывать трудно…
Объявили посадку на горьковский поезд. Они вышли на перрон.
Когда поезд тронулся, Виктор Дмитриевич увидел, как из зала выскочил Лева с тяжелым чемоданом в руке. Он догнал последний вагон. Проводник не пускал его, но Лева сумел уцепиться за поручень и прыгнул на подножку. Поезд повез его к Волге…
