— Старика в парке?.. — переспросил Терлизан и качнул головой, вспоминая. — Ах, того, который разбился на льду, пытаясь спасти внука? И причем здесь я?
— Ты пытался убить его. Я видела тебя, ты же знаешь.
Терлизан рассмеялся.
— О да, и признаться, ты весьма удивила меня этим. Но только зачем, по-твоему, мне было убивать его, когда он и так был уже мертв?
Иллиандра смешалась.
— Что?..
— Старик разбился насмерть на той тропинке, Илли. Поэтому ты чувствовала Тень. И если бы я не вмешался, она поглотила бы тебя. Точно так же, как когда Плоидис искромсал в клочья Карреса на твоих глазах, или как в тот раз, когда тот глупец выпустил Тень прямо на тебя в Школе Чародейства.
— Илкад?.. — Иллиандра внезапно вспомнила то странное перемещение, которого не совершал никто из магов. Так это был Терлизан?.. И он спасал ее от Тени, трижды… — Выходит, ты вернул старика, чтобы спасти меня?..
Терлизан улыбнулся уголками губ.
— Я мог бы просто забрать тебя оттуда, но мне нужно было познакомить тебя с Карресом, так что вся эта суматоха со стариком оказалась вполне удачной. И, кстати, он был единственным опекуном того мальчишки, поэтому вернуть его было весьма милосердно с моей стороны.
— О разумеется, — сощурилась Иллиандра. — Так же милосердно, как и вернуть убитую тобой же Диадру, забрав для этого еще одну невинную жизнь.
— О, поверь, и в этом тоже был смысл. Впрочем, спроси об этом у самой Диадры. Теперь она, вероятно, жаждет рассказать тебе много подробностей из моей жизни.
— Из твоей жизни?.. — непонимающе переспросила Иллиандра, и Терлизан невозмутимо улыбнулся.
— Да. Диадра ведь знает, кто я — неужели она ни разу не упоминала тебе об этом?..
Иллиандра ошарашенно застыла. Она вдруг вспомнила все эти странные взгляды и бессмысленные слова Диадры, которые казались ей лишь плодом неуверенной, робкой влюбленности — а на деле она пыталась сказать ей, дать ей понять что-то настолько важное… О Боги, ее маленькая сестричка… И как же она могла так упорно не замечать, насколько другой Диадра была в последние дни?.. Как могла столь слепо верить в выдуманную ей же самой романтическую глупость?..
— Не трогай ее, прошу, — прошептала она. — Оставь ее в стороне от этого.
Терлизан слегка пожал плечами.
— О, я не думаю, что смогу оставить в стороне кого-то, кто так дорог тебе, Иллиандра, — улыбнулся он, и Иллиандра бессильно сощурилась от ненависти.
— Мерзавец. Ты все равно не получишь меня. Тебе никогда не удастся победить ту любовь, что есть у нас с Плоидисом.
Терлизан рассмеялся в ответ.
— Посмотрим, красавица, — он с улыбкой провел пальцами по ее шее. — Нерушимых вещей не бывает на свете. Вот например, завтра я обязательно завершу эту забавную партию Фатеса. Как думаешь, что станет с вашим маленьким секретом после этого?
— Партию Фатеса? — непонимающе переспросила Иллиандра.
— Ах, так он даже не успел рассказать тебе, — хохотнул Терлизан. — Фатес хотел, чтобы король раскрыл свою тайну на глазах у всех. Чтобы он прилюдно поцеловал тебя завтра на прогулке.
Иллиандра застыла.
— О Боги, нет.
Терлизан рассмеялся.
— По-моему, это будет великолепно. Надо отдать должное, Фатес превосходно выбрал время: завтра на прогулке будет не только весь ваш свет, но и иностранная делегация. Согласись, Илли, это будет искрометное зрелище.
Иллиандра сощурилась.
— Ты не добьешься этого. Ты не можешь убить нас, теперь я знаю это, и я клянусь, ты не получишь ничего от нас.
— Ох, Илли, не будь наивна, — Терлизан улыбнулся. — Я не могу убить вас, но ничто не мешает мне, например, вновь сделать это с Диадрой.
— Нет!.. — задохнулась Иллиандра.
— И теперь у меня уже не будет нужды возвращать ее, — он обворожительно улыбался ей.
Иллиандра подавила тревожный вздох и с трудом приняла холодный вид.
— Пусть так. Ты раскроешь нашу тайну миру. Чем это поможет тебе, Терлизан? Ты ведь не настолько наивен, чтобы думать, будто это сможет разлучить нас с Плоидисом.
— Никто не знает наверняка, — он с улыбкой провел пальцами по ее щеке и, повернувшись к ней вполоборота, невзначай добавил: — Как думаешь, что он сделает, когда ты поставишь его перед этим выбором?..
Иллиандра непонимающе сощурилась.
— Перед каким выбором?
— Между вашей тайной и жизнью Диадры, — Терлизан вновь взглянул на нее. — Ты уверена в том, что он выберет, Илли?
Она усмехнулась от неожиданности.
— О Боги, Терлизан. Так вот чего ты хочешь. Боюсь разочаровать тебя, но ответ — да, я знаю. И поверь, единственным, чего ты сможешь добиться, станет лишь весьма неприятный политический скандал, который неизбежно последует за всем этим представлением.
Терлизан улыбнулся, приоткрывая белоснежные зубы.
— Что ж, это тоже будет неплохо. Придворные интриги — это, вероятно, единственное, что еще не успело наскучить мне за все эти годы.
Иллиандра холодно скривила губы.
— Ты ничего не добьешься. Поверь мне.
